Онлайн книга «Колье примадонны»
|
— Что?! – Теперь он был просто испуган. – Он среди монстров и привидений? — Ну да, он же хозяин этой пещеры. — Кто – он? – мужчина попятился. — Ну да, а что такого? — Но он же умер сто пятьдесят лет назад! Теперь была моя очередь удивиться. — Как – умер?! Вы что-то путаете! Говорю же вам, я его совсем недавно видела! У меня возникла дикая мысль, что Кирилл Барбас, по кличке Карабас-Барабас, и правда давно умер, много лет назад, но не упокоился на кладбище, как все нормальные люди, а превратился в вампира и по естественной склонности открыл соответствующий аттракцион, где и сам вполне мог бы быть одним из персонажей… Надо же, а еще приглашал заходить в гости! Тут же я отбросила эту мысль за ее полной бредовостью, да хотя бы потому, что вампиры, как известно, не переносят солнечного света и выходят из своих убежищ только по ночам, а Кирилл работает днем. Но, с другой стороны, в пещере-то у него всегда темно… Мой собеседник не сдавался, он задал новый вопрос: — Кого – его?! — Ну да… — Не может быть! Кто это, по-вашему? — Кирилл Барбас, по кличке Карабас-Барабас… А по-вашему, кто? — Вообще-то это Карл Маркс, основатель коммунистического учения и вождь мирового пролетариата. По крайней мере, так нас учили в школе, а потом в институте, – отчеканил мой собеседник и даже выпрямился, и стал похож не на грустного верблюда, а на верблюда, который шел по пустыне и нашел, наконец, воду. И напился. — А, надо же… Я смутно вспомнила это лицо в обрамлении буйной шевелюры и огромной бороды. Правда, было что-то такое… Видела я это лицо в какой-то книге… Вообще-то мы историю в школе проходили, Митька Шанежкин еще реферат писал про Лохматого, как он его называл. — Извините, что разочаровала вас. Просто этот портрет очень похож на одного моего знакомого. — Жаль… – сказал мой собеседник, вытянув губы, и я снова поразилась, до чего он похож на печального верблюда. Он взял в руки портрет, послуживший поводом для нашего разговора, и переставил на соседнюю полку: — Здесь он как-то лучше смотрится. Может, кто-то его все же купит. Люди разные попадаются. На полке, где прежде стоял портрет Маркса, оказался еще один образчик наглядной агитации. Это был фанерный щит, на который наклеены несколько фотографий. Сверху на щите была тщательно выполненная аккуратным почерком надпись: «Доска почета. Лучшие люди НИИЛЕГПИС». Я бросила мимолетный взгляд на доску почета, и вдруг одно лицо приковало мое внимание. Я пригляделась. Это было лицо женщины средних лет, с маленькими злыми глазками и обвислыми щеками, напоминающей злобного бульдога. Где я видела это лицо? Ну, может, не совсем это, но удивительно похожее… Под этой фотографией было напечатано: «Сердюкова П. В., сотрудник вневедомственной охраны». Я еще раз взглянула на фотографию. И отчетливо вспомнила сцену, совсем недавно разыгравшуюся на лестнице в том доме, где я сейчас живу. Перед моими глазами встала распахнутая дверь соседней квартиры, а на пороге – старуха в цветастом халате, неуловимо похожая на злобного бульдога. Старуха разевает рот (так и хочется сказать – пасть) и орет на всю лестницу: — Кто такая? Да, точно! Женщина на фотографии удивительно похожа на ту старуху, мою чокнутую соседку! А если учесть, что соседку зовут Прасковья Власьевна, а инициалы тетки на фотографии П. В., можно почти со стопроцентной гарантией утверждать, что это она и есть. |