Книга Позывной "Лисица": Ноябрь 1941-го, страница 38 – Ксения Чернова

— Нет, — сказала Александра.

Надя удивлённо посмотрела.

— Почему?

— Наша задача — наблюдение.

— Они поставят пулемёт на дорогу.

— Поэтому нужно передать координаты раньше, чем появятся повозки.

— Пока связной дойдёт…

— Ты связная.

Надя поняла.

Она достала блокнот.

— Описание.

— Ориентир — раздвоенная берёза на подъёме. Правее пятнадцать метров, поваленное дерево. Дистанция от нашей позиции примерно четыреста десять. Пулемёт за стволом, расчёт минимум два человека. Сектор — мост и дорога после поворота.

— Четыреста десять уверенно?

— Запиши четыреста — четыреста двадцать. Не придумывай точность, которой нет.

Надя записала.

— Кто получатель?

— Громов или командир взвода. Главное — предупредить пост у развилки и санитаров. Повозки должны изменить маршрут.

— Я уйду, ты останешься одна.

— Я задержанная, но не младенец.

— Приказ — следить за тобой.

— Если останешься, люди попадут под пулемёт. Выбирай, какой приказ важнее.

Надя стиснула зубы.

— Я пошлю Зорина.

— Пока найдёшь его и объяснишь, потеряешь время.

— А если ты уйдёшь?

— Тогда Громов меня застрелит. Он обещал.

— Тебя это успокаивает?

— Иногда.

Надя ещё секунду колебалась, затем спрятала блокнот и поползла к задней части ячейки.

— Не стреляй без необходимости.

— Я уже слышала.

— И не уходи.

— Надя.

Девушка остановилась.

— Запомни цель, — сказала Александра. — Не только запись. Если потеряешь бумагу или тебя остановят, должна передать всё словами.

Надя повторила ориентир, расстояние, количество людей и сектор обстрела. Ошиблась только в правой поправке, но сама исправилась.

— Иди.

Она исчезла за склоном.

Александра осталась одна.

Теперь немецкий расчёт двигался активнее. Один человек раскладывал ленту, второй маскировал ствол ветками. Третий действительно находился в лесу. Он принёс ящик и отошёл обратно.

Александра наблюдала.

Время тянулось медленно. Каждый раз, когда немец показывал голову, палец сам находил спуск. Она могла ранить первого номера, затем, возможно, успеть выстрелить во второго. Но после первого выстрела расчёт залёг бы, а третьего она могла не увидеть. Пулемёт остался бы на месте, только люди сменились бы или спрятались.

Наблюдение требовало не меньшей выдержки, чем стрельба. Иногда самым трудным выстрелом становился тот, который нельзя делать.

Через двадцать минут на дороге появилась первая санитарная повозка.

Александра почувствовала, как холодеет живот.

Сани вышли из леса, но возле развилки остановились. Боец, сопровождавший повозку, разговаривал с кем-то за домом. Затем лошадь развернули и повели по боковой дороге, скрытой складкой местности.

Предупреждение дошло.

Вторая повозка появилась позже и сразу свернула на новый маршрут. Третья не показалась вовсе.

Немецкий расчёт ждал. Первый номер несколько раз высовывался, проверяя дорогу. Потом один из солдат ударил ладонью по ящику, явно раздражённый отсутствием целей.

Александра позволила себе выдохнуть.

Никто не выстрелил. Никто не погиб. Трое раненых или больше добрались до перевязочного пункта только потому, что Надя запомнила несколько ориентиров и передала их вовремя.

Через полчаса вернулась сама Крылова. Она заползла в ячейку, тяжело дыша, но в глазах было возбуждение.

— Донесение приняли. Повозки пустили через старую ферму. Громов отправил отделение обойти точку с севера.