Книга «Орлы Наполеона», страница 55 – Александр Домовец

Император поморщился.

— Трудно спорить с очевидным, — заметил саркастически. — Но вот как её добиться, этой секретности? Что скажешь?

— Необходимые меры по линии Министерства иностранных дел предпринимаются, — строго сказал Победоносцев вместо Ефимова. — К подготовке договора привлечены считаные чиновники. При этом каждый специально проинструктирован. Аналогичные меры принимают французы. Но, боюсь, этого недостаточно.

— То есть?

— Точных сведений пока нет, государь, но есть ощущение, что будущим договором очень интересуется германская разведка, — заговорил Ефимов. — Похоже, что-то пронюхали. А поскольку для немцев этот договор, как булыжником по голове, то и усилий не жалеют. И мы, и Сюрте женераль засекли их повышенное внимание к нашим министерствам иностранных дел. Задействованы и германские посольства, и агентура. (Черевин гневно засопел.) Мы, разумеется, ситуацию отслеживаем и предпринимаем необходимые меры. Неделю назад без лишнего шума выставили из России двух немецких коммерсантов. Уж очень набивались в приятели к начальнику западноевропейского департамента министерства Неделину. Коньяком в клубе хотели накачать, с красивой кокоткой предлагали познакомить… Тот догадался сообщить нам, а мы уж занялись. Кроме того…

Император звучно припечатал к столешнице массивную ладонь.

— Оперативные детали опустим, — жёстко сказал он. — Делай, что хочешь, Ефимов, но чтобы ни одна собака про договор ничего не узнала. Подозревают немцы что-то, и чёрт с ними. Главное, чтобы не было точных сведений. Иначе случится скандал. А будет скандал — не будет договора. Отрекусь. Французам это было заявлено с самого начала.

— Да они сами больше нас в союзе заинтересованы, — проворчал Черевин, кривя губы. — А вот немцы — да. Немцы — это плохо. Разведка у них налажена от и до. Ты уж, Виктор Михайлович, расстарайся. (Ефимов коротко кивнул.) Государь, может, нашей службе чем помочь? Людей добавить? Денег?

— Знаю я их штат. Без слёз смотреть невозможно. Как только воюют…

Победоносцев сдержанно кивнул.

— Пётр Александрович совершенно прав, — сказал твёрдо. — Возможности у нашей разведывательной службы довольно скромные и уж, во всяком случае, несоизмеримые с важностью решаемых задач. Так уж сложилось. А на разведке, как и на армии, экономить — себе дороже. Поэтому, государь, я позволил себе подготовить некоторые предложения. Считаю необходимым расширить штатное расписание ведомства, увеличить денежное довольствие офицерскому составу… ну, и некоторые другие меры, которые позволят укрепить службу. Готов подать на этот счёт специальную записку.

— Представьте, рассмотрю, — отрывисто сказал император и, меняя содержание разговора, спросил: — А что там в Париже с нашей выставкой? С Белозёровым?

Ефимов развёл руками.

— С выставкой всё нормально, государь. Народ валит, отзывы хорошие. Успех несомненный. Правда, начало ознаменовалось скандалом. Несколько бонапартистов хотели сорвать открытие. Оскорбляли Россию, славили Наполеона и даже напали на Белозёрова.

— Что с ним? — быстро спросил император.

— Сергей Васильевич не пострадал и вообще в пол ном порядке, — заверил генерал. — Кстати, парижские газеты отметили, что во время нападения Белозёров вёл себя в высшей степени достойно и хладно кровно. Ну, да вы его знаете.