Онлайн книга «Черная книга»
|
— Это уже два вопроса, — заметил Ульянов, слегка улыбнувшись. — Сразу скажу: дело не в эсерах — в англичанах. — В ком, вы сказали? — В англичанах. Тут уже не только догадки, но и закрытая информация по линии моей службы. Так что говорю только для вашего понимания и надеюсь на конфиденциальность. (Я клятвенно прижал руку к груди.) Откинувшись в кресле, Ульянов вытянул ноги. Полузакрыл глаза. — Себряков приехал в Лондон как частное лицо, однако договорился в российском посольстве, что его будет сопровождать посольский секретарь, — заговорил негромко. — Видимо, страховался… А секретарь известен британской специальной службе «Интеллидженс сервис» как сотрудник нашей внешней разведки и поэтому находится под постоянным присмотром английских контрразведчиков. Его визит к Эттвуд вместе с Себряковым отследили. Выяснилось, что Себряков — крупный российский учёный. Разумеется, англичане озадачились: за каким чёртом дипломат-разведчик вместе с профессором-историком навестил ничем не примечательную вдову адвоката? — И тут, надо полагать, её взяли в оборот… — Ещё как взяли! Со страху Эттвуд выложила всё. И тогда в «Интеллидженс сервис» схватились за голову. Не трудно понять, что записки выкупили с одной-единственной целью — обнародовать. И, конечно, не в интересах науки, а в целях политических. Я лишь кивнул. Какая уж тут наука… — Великобритания, Дмитрий Петрович, готовит большую общеевропейскую войну и усиленно втягивает в свой военно-политический союз Россию. Ну, а комплоты с Англией для нашей страны всегда заканчивались плохо. Это не говоря уже о прямых или косвенных столкновениях, — уточнил Ульянов мрачно. — Однако, увы, в горних высях власти англофильские настроения очень сильны. И Себряков как искренний русский патриот хотел посильно вмешаться в ситуацию, опубликовав записки Палена. Напомню, что там прописана роль Великобритании в свержении и убийстве императора Павла. — Так-то оно так, — протянул я, обдумывая слова Ульянова. — Но уж очень наивно, не в обиду покойнику будь сказано. Ну, издал он записки Палена, и что? Император Николай прочитает, ужаснётся и вместо союза скрутит англичанам кукиш? Ульянов усмехнулся. — Если бы всё так просто! Главный англоман во власти император и есть. А кто его предка уконтрапупил, он и без мемуаров Палена знает преотлично… Расчёт Себрякова, полагаю, был совершенно иной. Публикация записок с соответствующими комментариями, как он надеялся, вызовет в обществе широкое возмущение. Проще говоря, грянет скандал. — И что? — Царская власть сегодня не настолько сильна, чтобы игнорировать общественное мнение, Дмитрий Петрович. И поэтому пересмотр отношений с Великобританией, хотя бы частичный, под влиянием масштабного негодования теоретически был вполне возможен. — Если так, снимаю шляпу, — произнёс я, глядя Ульянову в глаза. — Смелый же человек был Себряков, если задумал такое. Ульянов отвёл взгляд. И уже не в первый раз возникло у меня ощущение, что сотоварищ что-то скрывает. В смысле, знает больше, чем говорит. — Да, — сказал Ульянов наконец. — Он был смелый человек, царство небесное. Оттого и погиб. Наступило неловкое молчание. Поднявшись, я его прервал. — А пойдёмте на кухню, Кирилл Сергеевич, — предложил, чувствуя усталость. |