Книга Чужой жетон. Мент из Южного Централа, страница 84 – Наиль Выборнов, Семен Гражданцев

— Ну привет, собачий сын. Думал я не приду за тобой?

Рэмбо остановился, посмотрел на меня, виляя хвостом, и вдруг недовольно гавкнул.

— Ну ладно тебе, не так уж и долго.

Он снова гавкнул. Надо же, а раньше молчал, как партизан.

— Мне нужно подписать какие-то документы? — спросил я у администратора.

— Да, пойдемте, мы расскажем вам о ходе лечения, дадим рекомендации и препараты.

Я обернулся на Рэмбо.

— Пять минут, парень.

Мы вышли из «собачьего отеля» и вошли в соседнюю дверь, где сидел мужчина в белом халате за небольшим деревянным столом и заполнял какие-то бумаги.

— Питбуль, девятый вольер, — сказала ему администратор и повернулась ко мне. — Сейчас доктор вас проконсультирует, а я буду ждать вместе с Рэмбо.

Я кивнул, и она вышла за дверь.

Доктор достал с полки рядом бумажный пакет с прикрепленной к нему на скрепку парой листов бумаги. Пробежался глазами.

— Присаживайтесь, мистер… — он вопросительно посмотрел на меня.

— Соко, — я кивнул и присел за стол.

— Да, мистер Соко. Мы очистили и обработали раны вашего питомца, укусы на холке пришлось дренировать, но больше в этом нет необходимости — раны чистые и хорошо заживают. Рану на лапе промыли под анестезией и бандажировали.

— Не зашивали? — удивился я.

— Нет. Дело в том, что ткань подушечек плотная и хорошо заживает, но чрезвычайно плохо держит швы. Они будут расходиться, что только замедлит заживление.

Я кивнул. Никогда бы не подумал, но не спорить же с врачом.

— Сейчас собака принимает курс антибиотиков, — врач достал из коробки пластиковую баночку с наклейкой, на которой я прочел «Кефлекс». — Давать по одной таблетке дважды в день. Одну неделю — в каждой упаковке лекарства ровно на курс.

Он достал следующую баночку с надписью «Аспирин». О, это я уже знаю. Не слышал только, чтобы у нас им лечили собак.

— Противовоспалительное, — поставил он баночку на стол. — По одной два раза в день, обязательно вместе с едой, чтобы не испортить желудок. Тоже одну неделю.

Я кивнул, а он достал из пакета тюбик, я прочитал мелкими буквами: «Неоспорин».

— Мазь для ран. Смазывать лапу и укусы на холке при каждой перевязке.

Он достал бутылек, в котором я без труда опознал обычный хлоргексидин.

— Это для промывания ран, во время каждой перевязки, — он кивнул на пакет. — Также внутри перевязочный материал.

Он сложил все препараты обратно.

— Лапу перевязывать каждый день первые три дня. Если повязка промокла — дважды в день. Снять старую повязку, промыть антисептиком, нанести мазь, приложить неприлипающую прокладку, сверху вату, и самофиксирующийся эластичный бинт. В это же время промывать раны на холке и смазывать — тем же, чем и лапу. Повязки на холку не нужны. Остальные раны незначительные, их промывать и смазывать, пока не зарубцуются.

Доктор задумался на мгновение и продолжил:

— Обязательно следить, чтобы не лизал и не снимал повязку. Мы обычно рекомендуем пластиковый конус, но ваш пес был молодцом и ни разу повязку не трогал, так что мы его сняли. Повязку накладывать не слишком туго, чтобы не пережимать кровоток — когда будете снимать, посмотрите, как наложили мы. С четвертого дня можно перевязывать через день. Дней через десять, когда рана полностью закроется, можно прекратить перевязки.

Он показал мне бумагу.