Книга Крутящий момент, страница 87 – Наиль Выборнов, Семен Гражданцев

Я колебался. Долго и искренне. Взятку брать не хотелось — я хоть и не был образцовым копом, все же всегда действительно старался охранять закон. Но проступок в самом деле был плевым, а куш — очень соблазнительным.

А потом я поднял глаза, посмотрел на свой «Шеветт», на котором сюда приехал, и сомнения развеялись.

— Хорошо, — сказал я, глядя на гонщика.

— Спасибо, офицер! — крикнул парень и даже шаг в мою сторону сделал, как будто обнять собирался. Вот только скованные за спиной руки ему этого не позволили, и он стушевался. — У меня все документы в бардачке. Розовый талон я прямо сейчас подпишу, он тоже там. Нужен только чистый лист бумаги — договор написать. И ручка. У вас есть?

— Есть, — кивнул я, обходя гонщика сзади и освобождая его руки. — Бери все и пойдем ко мне в машину.

— Конечно, — он открыл бардачок, достал оттуда несколько листов, поднял с асфальта свою бейсболку и пошел за мной к «Шеветту».

В машине я в первую очередь переписал данные его водительского удостоверения. На его вопросительный взгляд пояснил:

— Я сохраню твои данные. Если еще раз попадешься на чем-то подобном — снисхождения не жди.

— Да, конечно, офицер, — быстро закивал он. — Спасибо.

Он действительно подписал розовый талон — в Америке, оказывается, так назывался приблизительный аналог нашего паспорта транспортного средства, подтверждающий юридическое право собственности на машину. Потом быстро написал от руки договор купли-продажи — было видно, что ему это не впервой. Я прочитал его — Соко неплохо помнил, как должен выглядеть этот документ со времен покупки «Шеветта» — все было в порядке. Поставил свою подпись.

— Тут я должен передать вам ключи, но они уже у вас, — смущенно улыбнулся парень, а потом добавил: — Вы только в DMV ее не пытайтесь оформить. Она старше семьдесят пятого года, а значит при регистрации должна проходить техосмотр. А она его, как вы понимаете, не пройдет. И дело не только в катализаторах.

Он многозначительно кивнул сквозь лобовое стекло в сторону «Шевеля», на капоте которого возвышался прекрасно видимый даже отсюда скворечник. Я кивнул в ответ.

— Спасибо вам, офицер. Надеюсь, вам она послужит лучше, чем мне, — сказал бывший гонщик, а теперь, видимо, пешеход.

Он помолчал несколько секунд, взглянул на меня и спросил:

— Я могу идти?

Мне после оформления документов, честно говоря, самому хотелось задать этот вопрос. Казалось, что сейчас парень передумает отдавать мне эту красавицу.

— Да, — кивнул я. — И впредь будь осторожнее.

Не знаю, зачем я это сказал. Просто показалось, что именно сейчас я должен дать ему какой-то совет или наставление.

— Конечно, офицер, — кивнул он, открывая дверь и выбираясь из «Шеветта». — Всего вам хорошего.

Хлопнула дверь, а бывший гонщик пошел пешком по улице. Я смотрел, как он удаляется, пока его белая толстовка не скрылась за поворотом.

Мне до сих пор толком не верилось в произошедшее. Я достал из кармана связку, посмотрел: два ключа, один от замка зажигания, второй, видимо, от дверей и багажника. И блестящий стальной брелок в виде букв SS.

Все еще не веря в происходящее, я отогнал «Шеветт» к бордюру, закрыл на ключ и подошел к «Шевелю». Сел на водительское сиденье. Салон был перешит в светло-бежевую кожу, сиденье мягкое, с регулируемым подголовником.