Книга Тайна вещевого рынка, страница 15 – Марина Серова

Я подождала еще пять минут, считая про себя. Чисто. Завела мотор и медленно, с выключенными фарами, выбралась на свободную улицу, ведущую к выезду из кооператива. Только когда асфальт сменил грунтовку, а в зеркалах надолго воцарилась пустота, я позволила себе выдохнуть. Пальцы, сжимавшие руль, слегка дрожали – пришлось разжать их по одному. Вот это я понимаю, адреналинчик. Будешь теперь, Таня, в фитнес-клуб записываться – халявный кардиотренинг. В кармане джинсовки лежала завернутая в салфетку пластиковая заглушка – первая вещественная улика, не связанная напрямую с Морозовым. Значит, не один он там ночью шлялся. Кто-то еще был. И этот кто-то обронил детальку.

Я бросила взгляд на часы: половина шестого. До вечера время есть. Надо еще Ленке позвонить, узнать, как там ее роман с этим… как его… вылетело из головы. Но сначала – Саша. Механик мой знакомый. Он в железе разбирается лучше, чем я в человеческой глупости. А это, поверьте, диагноз.

Я набрала его номер и, дождавшись густого баса, без предисловий спросила:

— Слав, привет. Ты сейчас где? Мне нужно одну железку показать. Скажем так, деталь от чьего-то хитрого плана.

Я выбралась на проезд и на секунду замерла, пытаясь сориентироваться. Гонка по пыльным проулкам сбила внутренний компас – спасибо навязчивым спутникам, теперь даже не знаешь, где север. Блестяще, Таня. Оторвалась от преследования, чтобы заблудиться в трех соснах. Ни одной знакомой вывески, только уличная мебель районов-неудачников: покосившийся синий почтовый ящик, разбитая скамейка, граффити на заборе с нецензурным диагнозом какой-то «местной шишки».

«Поздравляю, Танька. Блестящий маневр. Отвязалась от хвоста, чтобы с головой окунуться в географический кретинизм», – пронеслось в голове, и я мысленно скривила губы. Ирония была моим штатным тонизирующим средством. Лучше язвить в свой адрес, чем позволять адреналину превращаться в липкий, парализующий страх.

Пришлось включить навигатор. Маленький экран высветил лабиринт тонких линий, похожих на трещины на старом фаянсе. До квартиры Сани, если верить электронному оракулу, – минимум двадцать пять минут неторопливой езды с учетом вечернего движения и вечных ремонтов на выезде. Следуя безэмоциональным, механическим указаниям навигатора, я выбралась на более-менее прямую дорогу, ведущую к окраинам. Солнце уже превратилось в расплывчатое малиновое пятно за силуэтами труб ТЭЦ – местного колосса на ржавых ногах, кормильца и главного загрязнителя в одном флаконе. Час пик окончательно схлынул, и поток машин стал редким, почти прозрачным. Я несколько раз меняла полосы, не нарушая правил, но заставляя зеркала работать на полную катушку.

Ни одной серой «девятки». Ни одной машины, которая держалась бы за мной дольше двух поворотов. Чистота. Тишина. Как после внезапно прекратившейся грозы. Значит, пока отцепились. Или просто потеряли в том лабиринте из сараев и гаражей. Это давало небольшую, но тактическую фору. Я свернула на крайнюю улицу, где асфальт сходил на нет, уступая место щебенке и философскому отношению к дорожному покрытию. Через несколько минут припарковалась в тени разросшейся, почти буйной сирени – ее густые, неухоженные кусты отлично скрывали ярко-синий кузов от любопытных глаз.