Книга Фальшивка, страница 50 – Кан Чжина

В момент, когда она уже было обрадовалась, Дохи схватила ее за руку. Чагён посмотрела на бывшую одноклассницу. Та тяжело дышала, продолжая хрипеть. Но ей удалось выдавить из себя главное:

— Ин… ингалятор.

Чагён тут же нашла устройство в сумочке и достала его, тряся перед лицом Дохи:

— Ты об этом?

Лицо Дохи скривилось: глаза выпучены так, будто сейчас выпадут из глазниц, а мышцы подбородка напряжены. Чагён продолжила:

— Сначала скажи, зачем тебе мои документы? И почему ты назвала магазин именно так, а?

Дохи выглядела замученно, она с трудом вдохнула и посмотрела на Чагён. Послышался тихий, почти неслышный голос:

— Ты сама знаешь.

— Что?

Ее лицо выражало лишь мучительную боль, когда она сделала новый глубокий вдох.

— Я сама знаю? О чем? — снова спросила Чагён.

Стоило ей договорить, как откуда-то послышался звук, похожий на взрыв. Что это? Не успела Чагён осознать происходящее, как уже растянулась на полу, сильно приложившись лбом. Она почувствовала на себе какую-то тяжесть и только тогда поняла, что Дохи кинулась на нее, атакуя. На ее лицо без конца лилось что-то странное — то ли сопли, то ли слюна. Падая, она выпустила из рук ингалятор, который теперь валялся рядом. Дохи попыталась до него дотянуться, но Чагён преградила путь своей рукой. Тогда Дохи, закашливаясь от невозможности дышать, с силой скрутила ее руку. Запястье пронзила невероятная боль, и появилось странное ощущение, будто бы что-то лопнуло.

— Су-ука-а!

Чагён замерла, поняв, что это был ее голос. Боль в запястье словно отошла на второй план, а она сосредоточилась на том, что только что сказала. Теперь Чагён знала, что тянула именно два слога. Именно их. Она была самой жалкой из всех — той, что даже не знает, что такое любовь. Ей показалось, что только теперь ей удалось до конца себя понять.

Вдруг она почувствовала новую вспышку боли, на этот раз в районе плеча. Это Дохи наступила на него, придавив к полу. Она снова тянулась к ингалятору. Чагён вывернулась и схватила ее за ногу. С глухим ударом та повалилась на пол и ударилась о него головой. Дохи растянулась на полу, все ее тело тряслось, словно в судорогах. Чагён отползла в сторону. Каждое движение отдавалось нестерпимой болью в запястье. Она или порвала связки, или повредила сустав. Схватив правой рукой левую, девушка распахнула глаза от удивления. Дохи продолжала трястись, но все же смогла перевернуться. Если бы не боль в запястье, Чагён смогла бы это предвидеть и предотвратить, но сейчас лишь продолжала бороться. Дохи медленно поползла в сторону ингалятора. Чагён лишь наблюдала за невероятным упорством, которого никогда за ней не замечала.

Вязаное голубое платье, до драки по-настоящему прекрасное, было разорвано в нескольких местах. Щеки впали, а челка спуталась. Глаза странно блестели, а посиневший рот широко открыт. Дрожь заставляла тело сотрясаться в неведомом ритме. Это зрелище казалось по-своему красивым. Смотря на все это, Чагён осознала, что больше никогда в жизни не сможет увидеть нечто настолько прекрасное.

Прошло несколько секунд, а может быть, и минут, когда Дохи наконец-то дотянулась до ингалятора. Чагён пришла в себя и подбежала к ней, отталкивая заветную вещь к входной двери.

Девушка обернулась к Дохи, надеясь снова увидеть ту невероятную красоту в движении. Но теперь ее ждала совсем другая картина: Дохи странно выгнулась, не сводя глаз с Чагён, и резко рухнула.