Книга Беспощадный целитель. Том 6, страница 24 – Константин Зайцев

Выражение его лица сменилось резким рывком, как у тех, кто впервые осознаёт собственную смерть.

«Спасибо за угощение!» — Тень оторвал кусок кожи у его шеи, проглотил и сразу же ушёл фазовым прыжком обратно в татуировку.

Я выдернул нож. Райс упал на колени. Кровь шла из горла, изо рта, из-под подбородка, пузырилась в воздухе пеной. Глаза смотрели не на меня — на собственную правую ладонь, которой он только что не успел ничего сделать.

Манок в его кармане затих, но это было не важно. Дэмион Кросс уже сделал свою работу. Твари были мертвы.

Пора было опустошить ядро и одновременно сделать себя сильнее. Я опустился рядом с Райсом на одно колено. Положил левую ладонь ему на грудь, над сердцем — оно ещё билось, неровно, толчками. Плевать, сейчас нужно сделать кое-что неприятное.

Закрыв глаза я почувствовал, как душа Виктора Райса уходила. Я видел её — плотный жгут света, толстый, тяжёлый, тёмный по краям и яркий в середине, поднимающийся из его груди вверх, как столб дыма от полного очага. С-ранговая душа, прожившая восемнадцать лет. Не то чтобы очень сильная, но для моих целей сгодится.

Воля главный инструмент повелителей духов, вторым шли знания и умения и лишь на последнем месте шла сила. С-ранг был бы мне не по силам в обычном состоянии, но не сейчас когда разлом вливает в меня все новую и новую энергию, а мой организм уже восстановил все потраченное в бою.

— Во имя моей силы. Во имя моей власти. По праву хозяина, я клеймю тебя рабским клеймом. Твоя душа моя! — Душа рвалась, как крупная рыба на крючке, выгибаясь, обжигая мне ладони изнутри, пытаясь сложиться в форму, которую запомнила за годы жизни, и выскользнуть туда, где её ждали другие судьи.

Наивный мальчик, от меня не уйдёшь.

Кадавр-ядо стремительно пульсировала истекая силой и одновременно ей же наполняясь. Законы мироздания жестоки, но их можно нарушать если знаешь как и можешь заплатить за это. И то и другое у меня было.

Чёрное солнце вспыхнуло изнутри и тут же погасло до тлеющего уголька. Из переполненного оно стало почти пустым, но важнее было другое, вокруг него теперь плавал огонек души Виктора Райса, ставшего моим рабом.

Сразу стало холодно. Тело без избытка энергии разлома оказалось голым против самого разлома — давление навалилось так, как должно было давить с самого начала, и я почувствовал, как меня шатает, но мои губы расплылись в улыбке.

Кровь пошла у меня из носа, из обоих ушей, из уголков глаз. Я харкнул кровью на пыль — тёмной, с привкусом железа. Правое плечо отказало совсем — рука повисла плетью. Где-то под печенью лопнул сосуд побольше, и в животе стало тепло, но я выдержал.

Я склонился над телом. Левой рукой вытащил из внутреннего кармана его куртки манок. Тёплый плоский диск из тёмного металла, с маленькой выгравированной печатью в центре. Такой артефакт стоит очень много, но куда важнее, что он может быть крайне полезным.

Спрятав во внутренний карман своей куртки артефакт, потом вытер нож о одежду Райса и выпрямился.

— Кажется это твое. Кросс, протянул мне мои иглы выдернутые из тварей.

— Спасибо, за помощь.

— Я сделал свой выбор, Алекс. Как и он, осталось закрыть все красиво, но это уже на мне. А ты иди, я догоню.

— Спасибо, что не кинул.

— Мы не сдохнем, Мертвец. Только не сегодня. — От этих слов у меня появилась улыбка и я ответил: