Книга Беспощадный целитель. Том 4, страница 40 – Константин Зайцев

Если бы Костолом стоял передо мной сейчас, я уложил бы его за тридцать секунд. Без некро. Просто за счёт усиления и опыта.

Я резко остановился, когда снизу раздался стук. Спустившись по лестнице, я открыл дверь. Алиса стояла на пороге с ещё одним бумажным пакетом. Хвост, рюкзак, школьная форма — выглядела как обычная ученица. Только глаза выдавали. Они смотрели на меня так, как смотрит хирург на рентгеновский снимок.

— Ты живой, — сказала она.

— Как видишь.

— Ты изменился. — Это был не вопрос, а констатация факта. — Ты стал живее.

Я отступил, пропуская её внутрь. Алиса поднялась на второй этаж, поставила пакет на стол и повернулась ко мне. Её глаза слегка расфокусировались — верный признак того, что она включила Зрение. Значит, тренировалась в его использовании, но нужно отрабатывать без таких переходов, оно должно работать всегда. Лишь тогда её будет невозможно подловить.

Несколько секунд она молчала. Потом моргнула и нахмурилась.

— Ты стал… плотнее. Тяжелее. Раньше ты ощущался как… — Она подбирала слово. — Как вода. Текучий, подвижный, сложно ухватить. Сейчас ты как камень. Нет, не камень. Камень мёртвый. Ты как… корень дерева. Живой, но уходящий так глубоко, что не вырвешь.

Корень. Неплохое описание для кадавр-ядра, ставшего генератором. Полуживое, полумёртвое, уходящее корнями в то, что между.

— Спасибо, — сказал я. — За еду. Каждый день?

— Два дня. Хант сказал, что ты будешь занят минимум трое суток. Я начала носить на второй.

— Ты хорошая подруга, Алиса.

— Я практичная, Алекс. Если ты сдохнешь от голода, кто будет меня тренировать?

Я усмехнулся. Она училась быстро — не только бить, но и прятать заботу за колкостями. Мой стиль. И это было особенно приятно.

Мы сели за стол. Она достала из пакета два контейнера, термос и записку.

— Это от тёти Ванды. Как ты познакомился с этой чудесной женщиной? Она передала суп и попросила сказать, что травы, которые ты заказывал, будут через неделю. И ещё, — Алиса развернула записку, — «скажи этому упрямому мальчишке, чтобы ел три раза в день, или я лично приду и накормлю его с ложки».

Ванда. Добрая женщина, которой я вернул мужа. Такие долги не забываются. Травы, которые я заказал — золотой корень, сушёная полынь болотная, кора серого ясеня, — составляли основу восстановительного отвара по рецепту целителя Гэ. Три чашки в день ускорят регенерацию каналов процентов на двадцать. В моём положении это будет просто чудесно, и за них не жалко и две тысячи кредитов. Благо Ванда слишком умна, чтобы спрашивать, откуда у меня деньги, особенно после того как на её лавке появился знак в виде железной головы волка, говорящий всем, что она под покровительством Клыка и её людей.

— Случайно объяснил одному глупому человеку, что не стоит обижать травников, а потом немного помог её мужу.

Алиса хмыкнула, а у меня от запаха еды потекли слюни. Суп оказался густым, мясным, с картошкой и укропом. Домашний, настоящий, из тех, что варят три часа на медленном огне. Ни одно блюдо в мире не могло сравниться с простой похлёбкой, сваренной с искренней заботой. Я ел, а Алиса сидела напротив, подперев щёку кулаком, и рассказывала новости.

— Лина Торн тренируется одна. Каждый день после уроков, в малом зале. Никого не подпускает. Эйра пыталась заговорить, но та отрезала: «Увидимся на тренировке».