Книга Беспощадный целитель. Том 4, страница 37 – Константин Зайцев

Два процента в сутки. Полное восстановление с нуля — полтора месяца. Мастера моего прежнего мира посмеялись бы. Но мастера моего прежнего мира не сидели в сломанном теле с кадавр-ядром. Для меня эти два процента были как первый глоток воздуха для утопающего.

Я сел на кровати и прислушался к себе. Голова не кружилась, руки не дрожали от перенапряжения — и это уже было хорошо.

Теперь повторная диагностика каналов. Нужно проверить, насколько эффективной оказалась чистка и не забились ли они шлаками вновь.

Я направил тонкую нить энергии из ядра в правую руку — от груди через плечо до кончиков пальцев. Путь занял чуть меньше удара сердца. Нить дошла до мизинца и вернулась обратно почти без потерь. Стенки держали стабильно. Раньше на то же самое уходило три удара, и треть импульса терялась по дороге, сейчас же потери были не больше одной десятой.

Левая рука — обходной канал мимо татуировки Тени — работал стабильно. Чуть медленнее правой, но в пределах нормы. Когда я создам себе новое ядро, то смогу включить в энергетическую сеть все свои татуировки, и тогда они будут не помехами, а дополнительным источником энергии.

Я тщательно проверял каждый канал, и все они отзывались, как струна, задетая пальцем. Да, в моей прошлой жизни такое состояние организма для восемнадцатилетнего парня назвали бы полным позором, но сейчас это был пик моего могущества в этом мире. Ничего, скоро его сменит новый пик, а за ним — ещё один.

Встав, я потянулся. Колени хрустнули, но боль ушла куда-то на задний план. Рёбра всё ещё торчали сильнее, чем хотелось бы. Четыре дня голодовки плюс двадцать восемь часов в Зале — и молодой организм сожрал всё, до чего добрался. Мне нужна еда. Много еды. И желательно прямо сейчас.

На кухне нашлось немного: пачка риса, банка тушёнки, три яйца и чёрствый хлеб. Я сварил рис, вывалил тушёнку в сковороду, пожарил яйца и съел всё это за десять минут, заставляя себя жевать медленно. Даже это было всё равно слишком быстро, но мне и так приходилось сдерживать себя, чтобы не наброситься на еду, как животное.

Вместо хорошего чая у меня был дешёвый пакетик, залитый кипятком. Мерзость, но горячая жидкость сейчас была важнее вкуса. Тело впитывало калории, и через пятнадцать минут после еды я почувствовал, как ядро чуть дёрнулось. Крохотный импульс — и оно перенаправило часть энергии на ускорение метаболизма. Умная тварь. Знает, что хозяину нужно топливо. А если он загнётся, то кто его будет кормить?

Прибравшись за собой, я встал в центре комнаты, закрыл глаза и призвал Тень.

Зов был чуть другим. Раньше мне приходилось давить волей, а сейчас я просто захотел — и татуировка на предплечье отозвалась мгновенно.

Тень материализовалась на полу перед кроватью. Призрачная крыса, полупрозрачная, с бледно-зелёным отливом. Она вскинула морду и уставилась на меня немигающими глазами. От неё повеяло голодом и нетерпением — сырые первобытные образы: тьма, запах крови, желание рвать плоть и наслаждаться вкусом свежей крови.

— Тихо, — сказал я вслух.

Тень тут же заткнулась. Присела на задние лапы, обвив себя хвостом. Умный и послушный слуга, который уже осознал, что его хозяин и вожак стал сильнее, и теперь просто ждал указаний. Моя воля обвивала его, как поводок на хорошо обученной собаке. Натяжение есть, но руку не тянет.