Книга Книга пяти колец. Том 7, страница 27 – Константин Зайцев

— И не забывай еще один момент. — По крутил в руках пиалу с чаем.

— Какой?

— Храмы. Они сделали на тебя ставку. Ты им помог и они помогут в ответ.

— Ты же сам мне говорил, что они помогают лишь сильным?

— Твоя сила и твоя преданность человечеству доказана. Теперь ты ценный союзник, который может усилить их позиции еще сильнее. Всегда ищи кому выгодно как твое падение, так и возвышение. Лишь так ты сможешь увидеть картину целиком.

— Спасибо. Не знаю, чтобы я делал без вас. — Мои слова благодарности были прерваны коротким, но требовательным стуком, а через мгновение дверь комнаты отворилась и одновременно окружающий нас щит вновь превратился в пыль. На пороге стоял слуга на груди, которого был вышит мон библиотеки. По спине пробежали мурашки. Я был уверен, что это как-то связано с ночным нападением.

— Ву Ян. Господин Тахан Чэнь вас ожидает у себя в кабинете. Немедленно. — Требовательный голос этого слуги и то как он стоял выдавали в нем человека профессионально умеющего сражаться.

— Слушаюсь. — Мне ничего не оставалось как подняться и пойти следом…

* * *

Обезьяний брат ждал меня в своем кабинете. Стоило мне зайти как он властным жестом отправил слугу прочь и тот с низким поклоном тут же закрыл двери за моей спиной. В воздухе витало какое-то напряжение и мне было не по себе от взгляда этого уродливого человека.

— Присаживайся, Ян. — Он махнул мне на кресло, которое стояло рядом с его столом. — Чай, вино? — Вроде бы его голос был благожелательным, но моя интуиция просто вопила, что тут что-то не чисто.

— Не откажусь от чаши вина, господин Тахан. — Я поклонился согласно этикету и это не укрылось от взгляда потомка клана обезьян.

— Позволь мне поухаживать за тобой. — Взяв со стола небольшой серебряный кувшин он подвинул две пиалы из тончайшего фарфора и медленно разлил вино. Его глазомер и движения были идеальны. Каждая чаша была наполнена ровно на две трети, что полностью соответствовала этикету. — Как твои впечатления от наставников? — Я смотрел в глаза этого смертельно опасного человека и понимал, что он лишь соблюдает древний ритуал. Мне вспомнился мой разговор с магистром Ляо и его цитату, которая олицетворяла правила этикета как надо говорить о важных делах.

— Старший. — Я вновь поклонился показывая ему свое уважение. — Первая чаша вина или чая — для легкой беседы. Она помогает настроиться на собеседника. Вторая для восхваления, она помогает прочувствовать ситуацию. И лишь с третьей начинается разговор. Предлагаю считать, что эта чаша уже третья. — На уродливых губах появилась довольная улыбка.

— Если молодежь может по памяти цитировать древних философов, то еще не все потеряно для нашей великой страны. Пусть будет по твоему. — Он, с любовью, погладил свою бороду и посмотрел мне прямо в глаза. — Раз это третья чаша, тогда начинай рассказывать.

— О чем? — Мои мысли лихорадочно перескакивали с одной темы на другую, но все же возвращались к трупам ублюдков Ошида.

— Ян, — В голосе старшего библиотекаря послышался металл. — Не стоит со мной шутить. Ты прекрасно понимаешь о чем я говорю. — Над моей головой словно начали сгущаться грозовые облака.

— Старший. Объясните в чем дело и я честно отвечу на любые ваши вопросы. Мне нечего скрывать от того кто со мной одной крови.