Книга Танцор Ветра. Том 4, страница 52 – Константин Зайцев

— Расскажи им то, что знаешь, — продолжила госпожа Линь. — Не всё. У твоего наставника было слишком много тайн. И эти тайны могут пролить крови не меньше, чем островитяне. Помоги мне. Пусть они поймут, что стоит на кону.

— А что взамен?

Её улыбка стала шире и намного злее.

— Взамен ты получишь армию. Все тонги пойдут под командованием драконорождённого, который выполняет указание Тайной канцелярии. Совет решит ударить, и каждая тонга выставит людей. — Она наклонилась ко мне. — Ты сможешь направить этот удар куда захочешь. Ведь островитяне работают с твоим врагом. У каждого из нас свои враги, но наши враги — союзники. Так давай объединимся и мы?

Она умела убеждать. Тонги смогут легко выставить сотни три, а то и четыре закалённых бойцов. Целая армия, действующая под моим командованием. С такой силой можно не просто нанести удар по Советнику — можно разрушить всю его сеть. Проблем будет целое море, ведь все они не доверяют друг другу, но это такой шанс, который попросту нельзя упустить. Поэтому я поднял свою чашу и, отсалютовав хозяйке Сада Девяти Врат, ответил:

— Я согласен.

Эта женщина умела убеждать и ненавидела островитян всей душой. С учетом того, что те, союзники моего врага, то меня такой расклад полностью устраивал. Тонги смогут легко выставить сотни три, а то и четыре закалённых бойцов. Целая армия, действующая под моим командованием. С такой силой можно не просто нанести удар по Советнику, — можно полностью разрушить всю его сеть. Проблем будет целое море, ведь все они не доверяют друг другу, но это такой шанс, который попросту нельзя упустить.

Улыбка госпожи Цзюинь была такой, от которой у разумных людей начинали потеть ладони. Она допила вино одним глотком и поставила чашу на стол с тихим стуком.

— Хорошо. Тогда идём. Совет не будет ждать вечно, а у нас ещё много работы.

Она поднялась одним плавным движением — для своего возраста госпожа Линь двигалась с грацией, которой позавидовали бы женщины вдвое моложе. Я последовал за ней, и мы вышли из комнаты в узкий коридор, освещённый масляными лампами.

— Не все в зале будут рады тебя видеть, — сказала она, не оборачиваясь. — И не все захотят войны. У островитян есть друзья среди наших. Друзья, которые получают хорошие деньги за то, чтобы смотреть в другую сторону.

Я понял намёк. В бумагах наставника было достаточно имён, чтобы понять, насколько глубоко пустили корни островитяне в Нижнем городе. Не только через страх и силу, но и через золото и взаимную выгоду.

— Я буду осторожен в словах.

— Будь осторожен в молчании, — она бросила на меня быстрый взгляд через плечо. — Иногда то, что ты не говоришь, выдаёт больше, чем то, что говоришь. Старуха Юнь это чувствует. Она всегда чувствует, эта мерзкая тварь.

Мы спустились по узкой лестнице, которая вела в подвал Сада Девяти Врат. Я бывал здесь раньше. Внизу располагалась арена для боёв, где решались споры, которые нельзя было решить словами. Место, где лилась кровь под крики толпы, а песок на полу впитывал жизни тех, кто оказался слабее или медленнее. Несколько раз мои ножи забирали тут чужую жизнь.

Сегодня здесь было тихо. Никаких криков, никакой толпы. Только приглушённый гул голосов за тяжёлой дверью, которую охраняли четверо бойцов с тесаками на поясах. При виде госпожи Линь они расступились без единого слова.