Книга Танцор Ветра. Том 3, страница 100 – Константин Зайцев

— Вежливо откажись от сделки. Верни аванс, с процентами за неудобство. А если Первый Советник начнет настаивать, намекни, что островитяне, которые платят ему дань, далеко. А Стальное Перо… — он слегка постучал ногтем по своей пиале, издав чистый, звенящий звук, — близко. Очень близко.

Кайжэнь глубоко поклонился, осененный холодным пониманием.

— Дядя, вы как всегда, мудры. Ваша проницательность спасла Дом от большой беды.

Чжэньшань взмахнул рукой показывая, что встреча закончена и племянник, поняв, что аудиенция окончена, развернулся отправляясь на неприятный разговор. Его разум лихорадочно работал, подбирая нужные слова для разговора с Первым Советником.

Когда звук его шагов затих вдали,Чжэньшань не поворачиваясь произнес в пустоту:

— Цзянь.

Из-за тени в углу павильона вышел молодой мужчина. Он был одет в простые, темные одежды, не стесняющие движений. Его лицо было невозмутимым, а глаза острыми, как лезвия. Он был Тенью Патриарха, его правой рукой в делах, о которых не знал даже Кайжэнь.

— Я слушаю, господин.

— Дом Стального Пера должен продать все наши доли во всех домах удовольствия, которыми владеет Первый Советник. Тайно. Начать немедленно. Он слишком далеко зашел в своей игре с кланами и Канцелярией. Стальное Перо не будет втянуто в конфликт с Тайной Канцелярией. Ни как наемник, ни как союзник.

Цзянь склонил голову.

— Понял. Сроки?

— Через три дня все сделки должны быть завершены. Используй подставных лиц. Допустимы потери до тридцати процентов.

— И… письмо в Тайную Канцелярию? — мягко спросил Цзянь. — О связях Первого Советника с островитянами и о тех кораблях, что он пропускает мимо таможни за определенный процент?

Чжэньшань наконец обернулся и посмотрел на своего помощника. На его суровом лице впервые за весь день появилась настоящая, широкая улыбка. Она не делала его моложе, но наполняла его черты хищной силой.

— Вот за что я тебя и ценю, Цзянь. Ты всегда на три шага впереди. Да. Пусть Канцелярия знает, что мы не только отказались от контракта, но и проявили… добрую волю. Информация — валюта куда более надежная, чем золото.

Цзянь ответил легкой, почтительной улыбкой и, беззвучно как призрак, вновь растворился в тенях.

Несколько секунд я стоял, словно оглушённый словами незнакомца, и лишь шум, раздававшийся с трибун, постепенно вернул меня в сознание. Толпа гудела: кто-то кричал от восторга, кто-то возмущался, многие просто стояли в шоке. Победа в поединке драконорожденных всегда была зрелищем, но то, что произошло сегодня, выходило за рамки обычного.

Звук приближающихся шагов заставил рефлекторно повернуться, тут же вставая в боевую стойку. Но, увидев, что ко мне приближается главный распорядитель арены — седой мужчина лет шестидесяти, одетый в церемониальный халат цвета индиго с вышитыми золотом драконами, я расслабился. На его поясе висела нефритовая печать — символ власти над ареной драконорожденных, дарованной самим императором. Лицо мужчины выглядело словно скала, веками обдуваемая суровыми ветрами. Кожу прорезали глубокие морщины, больше похожие на разломы в скальной породе. Весь его вид говорил о том, что когда-то он сам с удовольствием лил кровь на арене. И сейчас, когда он смотрел на меня, в его глазах читалось нечто, больше похожее на уважение, смешанное с некоторым беспокойством.