Книга Зов трав, страница 20 – Вера Оттер

— Прекратить! Прекратить атаку! – где-то на краю сознания услышала Уна отчаянные приказы Финна. Она четко улавливала теперь тяжелое дыхание Мартина за своей спиной, кажется, что она даже могла слышать быстрый стук его сердца. Все чувства обострились до предела: шорохи, дыхание воинов, хрип Мартина, который он так отчаянно пытался скрыть. Кажется, что Уна могла слышать даже то, как ткань его одежды пропитывается кровью. А запахи! Запахи просто сводили с ума: кровь, пот, древесина, ароматы трав и цветов… Смесь запаха крови и цветов давал ошеломляющий результат. Уна могла чувствовать все это. Несмотря на то, что утро уступало место пасмурному дню, девушку ослепляло зеленоватое свечение. Глаза болели от подобной яркости красок – все было в зелени, умиротворяющей и прекрасной. Она слышала зов леса, зов его листьев и трав. И Уна приняла это.

Распахнув глаза, травница внимательно осмотрелась вокруг. Люди лесного народа, все, как один, упали на одно колено, и смотрели сейчас исключительно в землю. Их оружие валялось то тут, то там. От стали отражался зеленый свет, который окутал Уну с ног до головы. Финн широко раскрытыми глазами смотрел прямо на девушку. В его глазах не было страха, который она так отчетливо ощущала у других представителей лесного народа. Он смотрел с непонятным Уне восторгом, от которого в обычной ситуации травница бы смутилась, но сейчас было все откровенно иначе. Уна чувствовала себя сильной. Никогда раньше она не ощущала себя настолько всемогущей. Девушка приподняла одну бровь и посмотрела на свои ладони. Казалось, что от них веяло энергией. Уна могла поклясться, что непонятное зеленоватое свечение исходило прямо из нее, освещая место их боя.

— Слышащая, – тихо проговорил Финн, и Уна обратила внимание на него. Внутри нее все закипело от злости, когда она поняла, что именно он виноват в том, что ее спутник, Мартин, сейчас находится в полубессознательном состоянии, весь окровавленный. Ей захотелось уничтожить Финна, стереть его жалкую личность с лица земли, чтобы от него не осталось даже пепла. Ладони девушки горели от энергии, которая вот-вот могла вырваться наружу, но Уна все еще пыталась сдерживать себя. Ее внутреннее «Я» твердило о том, что никогда в жизни она не хотела бы причинить кому-либо боль. Это было ее вечным законом. И даже в таком неведанном ей ранее состоянии Уне не хотелось его нарушать.

— Не смейте ранить моего спутника, – еще никогда травница не слышала в своем голосе такие стальные ноты. Уна могла поклясться, что предводителю лесного народа не часто отдают приказы. Возможно, именно поэтому Финна всего передернуло от ее слов, но через несколько мгновений он все же согласно кивнул. Казалось, что он был не из тех, кто привык подчиняться так просто, особенно – обычной девчонке, но Уну это не волновало. Она знала, что сейчас имеет право отдавать приказы. И травница собиралась этим воспользоваться, пока энергия внутри нее не сломила ее сущность полностью. – Мы сейчас же уйдем, и вы не будете нас преследовать, это ясно?

Наступила томящая тишина. Время шло слишком медленно, растягивая минуты в часы и часы – в столетия. Финн все молчал, словно выжидая определенный момент. Казалось, он догадывался, что долго травница не сможет удерживать в себе такую энергию.