Книга По законам Нави, страница 65 – Вера Оттер

Девушка старалась не рассматривать Велеслава явно, но то и дело застывала, теряя контроль. Царевич догадывался, какие мысли не дают покоя разуму Карны. Он и сам это ощущал. Слишком тесно Мокошь сплела нити их судеб. Слишком отчаянно близость ощущалась между двумя такими разными людьми. Но светлые и робкие чувства, которым Велеслав не мог дать однозначного определения, сейчас мешали.

Старательно запрещая отвлекаться, царевич не смог побороть соблазн и позволил себе прикоснуться пальцами к лицу Карны. Приподняв ее подбородок, Велеслав заставил девушку посмотреть ему в глаза.

Осторожные касания импульсом силы прошли через тело воровки. Она подняла на Велеслава взгляд, позволяя зеленым глазам видеть ее насквозь. А в том, что царевич на это способен, Карна не сомневалась. Что еще таится в глубине глаз Велеслава, кроме дара ворожбы, навьей сущности медведя и отчаянной смелости? И почему так защемило в сердце от его внимательного взгляда?

— В прошлый раз именно ты смогла усмирить медведя, – тихо напомнил царевич и погладил пальцами тонкую кожу. В синих глазах Карны плескалось беспокойство, перемешанное с тоской. Толика страха отразилась на лице. – Карна…

— Да? – еле слышно проговорила девушка, теряя остатки самообладания. Что, если это последний раз, когда Велеслав касается ее? Что, если он не сможет вернуться после превращения? Что, если дальше только смерть, как и пророчила Гамаюн в своем печальном пророчестве? От этих мыслей сердце забилось гулко, с надрывом. Умирать не хотелось. Как и думать, что эти прикосновения царевича – последние.

— Когда янтарь поглотит зелень, помни, что это все еще я. И я не позволю, чтобы с тобой случилось плохое, – вкрадчиво закончил Велеслав. Он с трудом убрал руку от лица Карны. Девушка, словно очнувшись, вздрогнула. Без касаний Велеслава стало удивительно пусто. Отчаянно заморгав, она чувствовала, как оцепенение медленно сошло на нет.

— Я буду рядом, – пообещала воровка, взяла заплечные мешки и отошла в сторону.

Закрыв глаза, Велеслав обратился к собственной сути. Внутри горел пожар, обжигая бесконечной яростью и силой медвежьей сущности. Зверь стремился вырваться на свободу. Но Велеслав не желал полностью отдавать власть в хищные лапы. Слишком многое стояло на кону. И слишком многое царевич потерял бы, позволив зверю заполучить полный контроль.

Чувства обострились. Казалось, Велеслав слышит сбитое дыхание Карны, которая отошла на несколько метров, укрывшись за деревьями. Где-то вдали пели мавки, журчала вода, зверье бродило по лесным тропам, оставляя следы на свежем снегу. Снег – его хруст, звук таявших снежинок, легкое щебетание воды вдалеке…

«Мы – одно целое», – мысленно проговорил царевич, ослабляя контроль и позволяя медведю набрать силу. – «И мы действуем заодно».

Велеслав не видел, как его тело охватило зеленоватым свечением. Но почувствовал, как резкая боль пронзила каждую клеточку организма. Не в силах устоять, царевич упал на землю и выгнулся дугой. С губ сорвалось рычание, перемешанное с агонией. Обоняние обострилось, все стало таким явным и четким. Очевидный приятный запах кожи Карны и то, как ее волосы все еще оставляли на себе аромат травянистого мыла. Это заполонило разум царевича, не давая возможности сопротивлению. Раздираемый изнутри, Велеслав не стал бороться – позволил медведю обрести плоть.