Книга По законам Нави, страница 33 – Вера Оттер

Железный столб, почти такой же широкий, как и дуб, тянулся ввысь. Велеслав поднял взгляд, всматриваясь. Как ни пытался царевич увидеть больше, вершина оставалась во тьме.

Сложив пальцами печать, Велеслав призвал ветер. Стихия щитом окутала Карну и царевича. Тотчас отзываясь на чужеродную ворожбу, послышался скрип золотой цепи. Через мгновение во мраке темного леса вспыхнуло два янтарных огня. Огромный черный зверь вынырнул из мрака и грациозно прошелся по звеньям, пушистым хвостом огладив ствол. Если бы не седина в шерсти, то Баюн с легкостью бы слился с тьмой.

Карна сдержалась, чтобы не издать и звука. Хотя вид огромного кота вызывал страх и тревогу. Янтарные глаза с вертикальными зрачками вцепились взглядом в нарушителей спокойствия мертвого леса.

— О, еда, – раздался незаинтересованный голос с мурлыкающими нотками. Кот ловко и бесшумно спрыгнул с цепи и потянулся, не переживая, что от незнакомцев может исходить опасность. Приблизившись к Велеславу, Баюн заглянул тому за спину и обратился к Карне. – Съем тебя первой. Выглядишь аппетитно.

— Баюн, – усмехнулся Велеслав, переводя внимание кота на себя. Царевич уловил, как задрожала Карна за спиной. Кажется, размеренность и неторопливость навьего существа испугали девушку сильнее, чем откровенная ярость Лихо. – Мы пришли не сражаться. Мы пришли за ответами. Мавки подсказали, где тебя найти.

— Детишки Лешего совсем распоясались. Слишком разговорчивая стала эта безмозглая нечисть, – фыркнул Баюн и закатил глаза. Выставив лапу, показательно выдвинул железные когти. Свет луны отразился на загнутых кончиках, подчеркивая остроту. – Вспорю им глотки. Будут знать, как языками чесать.

Велеслав хмыкнул, но ничего не сказал. Он не пытался достать клинок или чем-то выдать собственное напряжение. Баюн одним присутствием внушал страх, но царевич не собирался поддаваться. Впереди ждали чертоги Чернобога. И Баюн, по сравнению с ними, наверняка покажется домашним питомцем.

— Окажи услугу, проведи к Лешему, дабы открыл он путь к Смородине-реке, – прямо и четко проговорил Велеслав.

Ветерок ободряюще обвил царевича и красноречиво взлохматил длинную шерсть Баюна. Не угроза, но предупреждение. Кот прикрыл глаза. На мохнатой морде появилось выражение, которое Велеслав интерпретировал как ухмылку. Белоснежные усы пошевелились, а уши взметнулись, прислушиваясь к шепоту стихии. Иногда и царевич думал, что ветер говорит с ним. А Баюн, наверно, вполне мог понять смысл сказанного.

— Ворожей, значит. Не ты ли тот царевич, что помечен Навью?

Велеслав повел плечом, не желая вдаваться в подробности. Когда он успел стать столь популярным у нечисти, оставалось загадкой. Кот довольно оскалился.

— Сидя здесь, до меня доносятся щебетания лесных духов. Они говорят о тебе. Восхищаются, любопытствуют, желают повидать хоть глазком. Дети Лешего бывают такими непосредственно бестолковыми… Неудивительно, что мрут, как мухи. Впрочем, мне все равно, сколько мавок или лесавок сгинет в этом сезоне. Но поближе взглянуть на тебя, царевич, тоже интересно, – протянул Баюн. Он открыл глаза и расслабленно обошел Велеслава.

Карна, ощущая необъяснимую тяжесть от присутствия нечисти, почти прижалась к спине царевича. Из последних сил девушка сдержалась, чтобы позорно не уткнуться лицом в лопатки Велеслава, скрываясь от внимательного взгляда Баюна. Лишь бы только перестать чувствовать всепоглощающий страх. Кот, играя, махнул хвостом, задевая бедро девушки. По телу Карны тут же прошла дрожь.