Книга Город мертвого бога, страница 298 – Алекс Феби

Магия (волшебство)

Это слово используется для обозначения множества вещей, и хотя разнообразие его значений широко, в своей основе магия очень проста: это все, что неестественно. В вещественной сфере естественным является то, каковы все вещи, и те, кто обретается исключительно в этой сфере, со временем обучаются безо всяких усилий понимать, как в ней все устроено, поскольку все, что с ними происходит, происходит именно таким образом и ощущается как абсолютно правильное. Следует признать, что несовершенство органов чувств, восприятия и понимания порой могут вызвать у человека подозрение, что с миром что-то не так (к примеру, если он среди ночи слышит скрип снаружи, которому не может подобрать разумную причину, то может решить, что явление имеет магический источник, однако затем, проснувшись, понимает, что дело было в расшатавшейся доске).

Сказанное вовсе не означает, что магия – нечто фиктивное, поскольку, когда мы своими глазами видим неестественные проявления магии, тотчас же понимаем, что это такое; они вызывают в существовании мира изменения, которые не могут быть приписаны его нормальной деятельности. Когда использующий магию превращает собаку в кошку или поднимает на воздух здание, или заставляет возникнуть стаю серебристых сов, мы знаем, что естественный порядок был нарушен. Это и есть магия – установление в природе, временно или постоянно, неестественного положения вещей, в противовес тому, как в ней все есть или было устроено до этого. Магия может выражаться в виде чар, эманации или заклинания, но она может также быть силой, вдыхающей жизнь в Живую Грязь, либо противоестественным животным, таким как огненная птица, или появлением дождя в ясный день, или снега – в теплый, или продолжительным выпаданием орла, но не решки при игре, когда делается ставка на бросание монеты, либо любой из тысячи самых разных вещей; но при этом она всегда остается тем, что она есть: магией, или волшебством.

Откуда же берется магия? Естественные вещи естественны, поскольку это то, что принадлежит к вещественной сфере, поэтому магия, будучи вещью неестественной, должна представлять собой проявление в вещественной сфере чего-то, к ней не принадлежащего, то есть либо невещественной сферы, либо холста. Использующий магию изменяет вещественную сферу, прибегая к силе Искры, чтобы привносить в нее принципы из невещественной сферы (или промежуточных сфер), либо из холста, либо деформируя холст таким образом, чтобы вещественная сфера переняла свойства этой деформации на время или навечно. Например, при помощи заклинания можно устроить, чтобы в определенном месте стало очень жарко, деформируя холст таким образом, чтобы в вещественной сфере повысилась температура (либо привязав принцип «жары» из невещественной сферы к данному месту в вещественной сфере). Либо же заклинатель может привести в вещественную сферу демона, перенеся его из его исконной промежуточной сферы, использовав энергию Искры, чтобы ослабить ткань холста и тем самым освободить место для появления нового существа, а затем протащив его сквозь вещественную сферу, подобно магниту, притягивающему иглу компаса. Точно так же он может придать качество повышенной скорости какому-нибудь объекту – скажем, тележному колесу, – притянув из невещественной сферы большой объем принципа «скорости» и привязав его к конкретному материальному воплощению принципа «тележного колеса»; такое качество затем проявит себя в поступательном движении данного объекта в вещественном мире (впрочем, следует позаботиться о том, чтобы подвергнуть одинаковому обращению все колеса повозки, иначе из-за разницы скоростей та может рассыпаться).