Книга Город мертвого бога, страница 169 – Алекс Феби

Ему ни разу не доводилось оказываться здесь в темноте, но комната, по-видимому, сама знала, что надо делать. Как только дверь за ним закрылась, здесь и там зажглись свечи, а над светильниками появились язычки газового пламени, сиявшие ярко-белым светом. Натан обежал ее кругом, задергивая шторы на всех восьми сторонах, даже на той узкой, где вместо окна была дверь в сад, чтобы скрыть стыд, который он до сих пор чувствовал, но которого не мог объяснить.

Закончив, он уселся на коврик посередине и положил книгу на пол перед собой.

— Как много красивых игрушек, – заметила она.

Натан кивнул и поднялся, чтобы достать свои самые любимые. Одну за другой он подносил их к развернутым страницам.

— Вот это, – объясняла книга, – называется «перпетуум-мобиле». Эти шарики можно заставить двигаться вечно, не прикладывая дополнительной силы, если знать как. А это Лук Балларда, сделанный из самого лучшего сушеного ясеня; его носил мальчик-воин по имени Баллард во время Третьей Иберийской войны. А это Ноев ковчег в миниатюре; в нем доисторические существа смогли спастись от потопа, вызванного прихотью холстовика.

Книга называла каждую вещь, которую приносил ей Натан, а на ее страницах появлялась миниатюрная история этой вещи и инструкции по ее использованию, так что игрушки, в которые Натан играл лишь наиболее очевидными способами, внезапно обрели новый смысл, новые возможности. Натан показал книге все, включая даже те предметы, которые прежде не вызывали у него никакого интереса, и книга рассказала ему, что это такое и что с этим можно делать.

Наконец Натан принес свой театр.

— Ага, – проговорила книга, – мы дошли до главного. Это, Натан, очень могущественная вещь. Она называется «Ретроспективный Одеон», одна из немногих, когда-либо существовавших. Этот театр был сделан в темные времена, еще до того, как Господин создал Мордью, когда все пребывало в хаосе и течении. Это вещь могущественная, но страшная, рожденная могущественным, но страшным временем; первобытная, соединенная с миром таким образом, какой доступен пониманию лишь немногих. Возможно, даже сам Господин не понимает, как это работает.

— И что он делает? – с любопытством спросил Натан.

Страницы книги внезапно опустели, словно ей не хотелось ничего писать, и какое-то время она молчала, однако затем страницы вновь затрепетали, и книга заговорила, как будто ничего не произошло:

— Это лучше увидеть. Там, в углу, есть глина. Принеси ее сюда.

Натан поспешил туда и принес книге квадратный кусок глины, завернутый в мокрый муслин и лежавший в неглубокой чашке с водой.

— Отщипни немного – пригоршню, не больше.

Натан зарылся пальцами в гладкую, холодную сырую массу, сжал кулак и вытащил его, чувствуя, как глина продавливается между пальцами.

— Превосходно! Теперь тебе нужно что-нибудь острое – наконечник этой стрелы подойдет. Проткни им свою кожу так, чтобы пошла кровь.

Натан остановился. Весь его энтузиазм внезапно пропал.

На странице возникло изображение кончика пальца с небольшим порезом, в котором набухала капля крови. Палец повернулся, и капля упала за край листа.

— Ну, чего ты ждешь?

— А это не больно?

Книга некоторое время молчала.

— Будет немножко больно, но ничего такого, к чему ты не был бы привычен. Поверь, оно того стоит.