Книга Скорбный дом Междуречья, страница 71 – Алевтина Варава

— Было бы странно ожидать, что таким образом выбитая из вас услуга может оказаться приятной или даже законной, — пожала плечами Полина. — Всё законное он может купить обычным путём и за куда меньшую сумму, разве нет? А это считай шантаж. Сразу было понятно, что ради чего-то низкого…

— Ты права, Эдна, — помрачнел князь и повернулся к ней. А потом прибавил внушительно: — Не забывай, что дочь не должна оказываться права в споре с отцом!

И тогда он её ударил.

Сильно, наотмашь, сверху вниз — ладонью по щеке и по подбородку. К лицу тут же прихлынула нарастающая боль. Полина так опешила, что совершенно потерялась. Жгучая, всепожирающая обида наполнила всё её естество — это было даже хуже пощёчины!

Какого чёрта⁈ Как можно быть таким козлом⁈ Вонючий урод!

Да если сейчас она пошлёт его на хер, не даст свою магию, он как миленький отменит в последний момент свой сраный банкет и ещё должен останется! Да как он смеет⁈ Она, вообще-то, пыталась его поддержать, чёрт возьми! Успокоить! Даже утешить! Этого долбаного придурка…

Обида настолько заполонила Полину, что детали совершаемого преступления почти не закрепились в памяти.

Неугодный Вигранду над оказался блёклым, бело-телесным плотником: он занимался переоборудованием небольшого крыла замка, которое владелец хотел полностью отдать своим детям, отгородив от остальной части наглухо.

Полина удивилась самому наличию тут детей (правда, уже взрослых) — у неё сложилось впечатление, что проблемой Вигранда было как раз отсутствие оных, в частности, дочек. Но в готовящемся на отделение крыле должны были жить две взрослые женщины и мужчина. То есть, дочери у Вигранда были и всё ещё есть — даже не проданные замуж. Тогда почему он покупает магию и считается простолюдином?

Позже Полине удалось установить, что все эти наследники родились от второй жены Вигранда, когда ему было уже за тридцать. И магия не раскрылась, было слишком поздно культивировать её. Сын мага должен стать отцом дочери как можно скорее, чем раньше он начнёт колдовские практики, тем полнее сможет использовать чары дочери в будущем. А первая супруга Вигранда оказалась бесплодной. Разводы же в Междуречье среди людей не практиковали (хотя, например, нады получали на них разрешения без особых проблем и даже осуждения — от кого бы то ни было, кроме знати людского происхождения, считающей подобное недопустимым). Потом с женой Вигранда всё-таки что-то случилось, но слишком для него поздно. Вторая супруга со временем подарила ему наследников, но не источники навеки уснувшей магии. Это обрекло и самих тех детей — они заочно стали простолюдинами. Соответственно, женихов и невест для них среди аристократов не отыскалось, а за свою дворню Вигранд и сам бы детей никогда не отдал, он очень пёкся об обломках своей посрамлённой гордости.

Князь Вигранд не любил этих детей, словно бы рождённых в насмешку, хотя и должен был передать им потом свои владения. Но нынче потому он желал отмежеваться полностью.

Для того был приглашён над — перепланировать часть владений удобно для всех. До того с выросшими детьми получались постоянные встречи, а счастливая мысль пришла к Вигранду лишь теперь.

Что именно притом Тайлид смог узнать такого, что требовало нарушать закон и тратить драгоценную услугу, ни Полина, ни князь не выяснили.