Книга Скорбный дом Междуречья, страница 46 – Алевтина Варава

— Мы вас услышали, Адгар, — проговорил салатовый над. — Я также готов рискнуть, повинуясь долгу.

— Не возражаю и я, — с опозданием кивнул старичок, словно давая дочери время вмешаться. Но Майлайя промолчала.

— В таком случае перейдём к практической части экспертизы, — объявил Найсингел. — Не будет никакого толку отпускать нашу неоднозначную барышню, если окажется, что быть полезна она может лишь в случае насильственной опасности для своей персоны. Помон! Пригласи к нам князя д'Эмсо!

От стены в районе двери, через которую вошла Полина, отделился послушок и сноровисто побежал исполнять приказ, позабыв распахнуть створку.

Князь д'Эмсо выглядел как никогда удовлетворённым. Раны с его лица пропали, следов крови на одежде тоже не было видно. Войдя, он поклонился одними плечами собравшимся, но Полину не удостоил даже взглядом.

— Мы закончили, — объявил Найсингел. — Осталась сущая формальность. Думаю, будет довольно, если вы соберёте барышню в путь, чтобы мы убедились, что она всё усвоила и трудностей с чарами во грядущем не возникнет.

— Желательно сделать всё без заминки, — внушительно продребезжала Майлайя. — Не то в серьёзном деле вам будет угрожать опасность, а мы не можем допустить такого, давая положительное заключение по официальной экспертизе.

— С вашего позволения, надеюсь, всем известно, что сделать с моей дочерью в случае, если нынче что-то пойдёт не так, — блеснул глазами князь. — Надеюсь, простолюдин Кларг ещё не отбыл?

По телу Полины прошла дрожь ужаса, и тут же показалось, что под робой что-то ползёт. Она чуть не подпрыгнула на месте.

Князь протянул руку.

Платье так платье. Оно же действительно появится. Тут. Тут возможно всё что угодно, в особенности если это — что-то ужасное.

Ледяная ладонь Полины легла в пальцы того, кто считал себя её отцом. Он прищурился. А она с облегчением почувствовала, как роба плотнее обтягивает стан, пушится рюшами и упирает в подбородок жабо ворота. Ноги словно бы приподнялись над полом, их обхватили твёрдые, чуть узковатые туфли.

Майлайя трижды картинно хлопнула в ладоши.

— Браво, — вторил директор серого дома.

— Благодарю, — без намёка на тёплые чувства обронил князь. — С вашего позволения, мы отбудем немедленно. Вознаграждение послушок привезёт до угасания света.

Директор красного дома поднялся на ноги и приблизился к пациентке и тому, кто считал себя её отцом.

— Вам следует беречь психику барышни, — внушительно проговорил Адгар, пристально глядя князю в глаза. — Отнеситесь с вынужденным пониманием к её особенностям. Это поможет снизить противодействие. Если она замкнётся вновь из-за большого потрясения, вывести даже такой, сомнительный, прогресс будет уже почти невозможно.

— Я учту, — холодно обронил князь. — Благодарю вас, достопочтенные мастера, за проделанную работу! — бросил он всем собравшимся.

И довольно бесцеремонно подхватил свою лжедочь под локоть, после чего почти поволок из комнаты, больше не оборачиваясь.

В коридорах жёлтого дома, следуя за безмолвным послушком, показывающим дорогу, князь молчал. Полина едва за ним поспевала. Внутри молотом, похожим на радость боем, стучало: она выбралась! Она покидает этот кошмар!

За пределами замка было холодно, а пристань оказалась в низине, за чередой из нескольких сотен крутых ступеней, которые послушок поднял из скальной породы своей трёхпалой лягушачьей лапкой.