Книга Шантажистка, страница 84 – Алевтина Варава

Жёлтая пыльца оставила на моей футболке и джинсах следы. Обрезанные стебли я унёс в ванную и с трудом запихнул в небольшое мусорное ведёрко. Собрал с ковролина облетевшие листки.

Где же она?

Я думал, что не нервничаю, но на самом деле я чрезвычайно переживал. Вернее будет сказать, что я не испытывал страха, который мне обычно внушали встречи с Леной Семёновой.

О, как же на этот раз я заблуждался…

Но, ожидая, боялся я только того, что она не придёт.

Это стало бы настоящим ударом.

Едва в ответ на стук я открыл дверь, Лена вытянула шею, заглядывая мне за плечо.

Потом просветлела, углядев край кровати, усыпанный ромашками.

— Я решила, что уйду сразу же, если это была просто фотка, – улыбнулась она.

А потом забежала в номер мимо меня и ахнула.

— Ой, как здорово, Саша! – восхитилась она. – Ты превзошёл мои ожидания! И бабочки прекрасные!

Я невольно просиял, улыбка не сходила у меня с лица. Она радовалась так искренне и светло, так тепло и нежно. Она вообще выглядела сегодня удивительно нежно: в белом платьице, босоножках и шляпке с лентой, будто барышня, собравшаяся на пикник.

«И всё это – для меня», – думал я не без гордости.

— Сфотографируй меня, Саша! – воскликнула Лена, вручая мне свой телефон. И упала в ромашки.

— Осторожнее, пыльца пачкается, – поделился опытом я.

— Плевать! Это очень красиво. Потрясающе красиво! – с восторгом выдохнула она и глубоко втянула носом воздух. – Как пахнет!

Фотографировать я никогда толком не умел, и это заняло какое-то время – Лена оставалась недовольна результатами и заставляла меня всё переделывать. Я начал раздражаться. Я хотел прикоснуться к ней. Раздеть её. Но боялся вспугнуть.

От присутствия Лены гостиничный номер будто наполнился солнечным светом. В тот день я ощущал это именно так. Удивительно. Но я был по-настоящему счастлив в те минуты.

Анализируя много лет спустя своё состояние, я пришёл к выводу, что меня так увлекла неизвестность. Я действительно не имел понятия, что Лена выкинет уже в следующую минуту. Всегда прежде моя жизнь текла размеренно. Результат романтических встреч был очевиден.

Когда мы с Ларисой впервые остались вдвоём, её родители уехали из города. Мы ждали этого неделю и шли в её квартиру, а потом в её комнату с весьма конкретными целями. Когда я делал Ларисе предложение, я знал, что она ответит, ведь мы встречались уже год и жили вдвоём. Своих детей мы планировали заранее. Близость предлагали друг другу, и она случалась только после взаимных словесных согласий.

Я никогда не занимался любовью в непредназначенных для этого местах, ни с женой, ни с кем-либо другим. Самой «невероятной» локацией для моих похождений была палатка в лесу, но, когда я вёл туда свою однокурсницу Аню, всё было решено и понятно.

Всё бывало решено и понятно всякий раз, когда мы с той или иной женщиной до появления в моей жизни Ларисы двигались в сторону кровати.

С Леной не было понятно ничего.

Она могла вскочить и убежать, забрав фотографии с ромашками. Могла позвать сюда Машу, нашего завуча или мою жену. Могла заставить меня самоудовлетворять свои страсти, и просто смотреть на это.

Произойти могло всё что угодно.

И это невероятно волновало и будоражило меня.

Поразительно…

Я трепетал, как школьник, когда она позволила снять с неё белый сарафан. Я разворачивал её, как вожделенный подарок.