Книга Шантажистка, страница 60 – Алевтина Варава

— Мальчик.

— Нужно придумать ему имя! Боже мой! Он ждёт меня, да? И как ты только придумал сфотографировать его в моей комнате? Я бы не поверила, честное слово, если бы не мой диван! А кто же с ним пока гуляет? Когда его привезли? Поскорее бы домой! Папочка, это самый лучший в мире подарок!

Лена приподняла большую чашку капучино и спрятала за ней свою улыбку.

— Мама дома? В воскресенье должна же быть дома? Я не спросила, дома ли она… Но мама же не оставит пусечку одного? Позвоню им по видеосвязи!

— Давай только из номера, – взмолился я. – Мы всем мешаем.

На нас и правда продолжали глазеть все посетители ресторана. Маша в сердцах забыла понизить голос и почти что кричала.

— А можно я сбегаю позвоню и вернусь? – затараторила, сверкая глазами, она. – Я просто не смогу усидеть, не взглянув на пусечку! Ленка, пойдём сходим, а?

— Сгоняй сама? – мученически попросила Лена. – У меня все мышцы болят. Хожу еле-еле.

— Я быстро! – вскочила Маша. – Папочка, спасибо, спасибо тебе! Ты самый лучший в мире человек!

И она вприпрыжку умчалась в сторону лобби.

— Прими мою благодарность, – искренне объявил я своему тайному консультанту. – Она такая счастливая.

Лена осторожно поставила чашку, облокотила локти на стол и положила на скрещённые запястья подбородок.

— У меня тоже скоро день рождения. В середине июня, – сказала она.

— Хочешь собаку?

Лена покачала головой и посмотрела мне в глаза.

— Мне исполнится шестнадцать лет.

— Готов осуществить твою мечту, если она будет по карману среднестатистическому директору лицея, – пошутил я.

— Это бесплатно, – проговорила моя собеседница.

— Хочешь бросить занятия с психологом? – испугался я.

Она снова качнула головой.

— Надеюсь, ты оценишь, что я согласна подождать дня рождения, – внушительно и серьёзно сказала Лена. – Мне показалось, что это будет для тебя критически важно.

— Подождать с чем? – мне переставал нравиться наш разговор. Что-то в её взгляде заставило насторожиться. Передо мной сидела уже не та бесшабашная весёлая девочка, которую я учил ездить на лыжах и спасал от чаек на приморском курорте.

— Шестнадцать лет, – повторила Лена. – Возраст согласия. Никаких угроз от Уголовного кодекса. Я хочу, чтобы ты лишил меня девственности, Саша. Восемнадцатого июня. Через сорок четыре дня.

Появление Маши прервало взорвавшую меня лавину гневных увещеваний. Разумеется, ни о каком праздничном настроении дальше не могло быть и речи. Малолетняя чертовка откровенно глумилась над обуревавшими меня чувствами. И как я только мог поверить, что она успокоилась и бросила свои безумные игры? Как мог быть таким наивным?

Но это по-настоящему слишком! Не думает же она всерьёз, что я исполню это её требование?!

Всё внутри клокотало от возмущения. Я был готов разразиться целой лекцией о современной молодёжи. Или биться головой о стол.

К счастью, Машка была занята только мыслями о своём новом питомце и не обратила внимания на повисшее глыбой напряжение.

Я пытался взглядом объяснить всю абсурдность Лениной просьбы. Это и просьбой-то назвать язык не поворачивался. Это была дичь! Безумие!

Она только улыбалась мне многозначительно и непреклонно.

Я пытался вернуться к сумасшедшему разговору около такси, пока дочка бегала в туалет, и в аэропорту, пока Маша безуспешно искала в дьюти-фри какие-то игрушки для собак. В итоге мой лихорадочный и набирающий злобу шёпот вывел Лену из себя.