Книга Шантажистка, страница 48 – Алевтина Варава

Отец – частный предприниматель, мать – домохозяйка.

— Простите, Александр Николаевич, но я поискала информацию о его отце и позвонила в последнюю школу. Мальчик бедовый. А Поречный-старший вообще, извините за выражение, бандит натуральный. Рэкетир, что ли. Даже сидел полгода! Правда, в нулевых.

Господи, как я проглядел всё это? О чём я вообще думал?

Смешно. Думал я только и исключительно о Лене Семёновой.

Во что я втянул лицей?

— Нельзя его теперь отчислять, – пискнула Тамара. – Этот сказал, что поджог устроит. И устроит!

— Давайте сообщим в органы! – взмолилась пожилая и многое повидавшая преподавательница химии.

— Как пить дать, подпалит, – возразила учительница информатики. – И хорошо, если ночью.

— Ну это уже ни в какие ворота не лезет! – схватилась за лоб историчка Наденька.

— Может, санитарный день объявить? – серьёзно предложила завуч. – Хотя бы на завтра. Не уверена, к сожалению, что стоит спешить с полицией. Очень уж неоднозначная личность. А ещё на камерах видно, что Андрей Семёнович мальчика первым ударил, – мрачно прибавила она. – Нужно сообщить инвестору.

Я спустил полотенце со льдом на лицо, прикрывая глаза.

После невесёлого собрания в мой кабинет ворвалась Машка, поразилась, ошалела, устроила форменный допрос и разразилась лавиной ругательств и проклятий. А потом увезла меня домой на такси, причём выходили мы из лицея как настоящие партизаны, скрываясь от не до конца посвящённых в нашу безумную эпопею учащихся.

Домой я согласился ехать по двум причинам – ужасно раскалывалась голова и очень хотелось спросить совет у Ларисы. Наконец-то я был волен обсуждать проблемы с женой, чего, признаюсь, довольно сильно не хватало.

К сожалению, внезапных светлых решений Лариса не предложила. Выглядела она после нашей с Машей истории взволнованной и очень расстроенной.

— Даже не знаю… До конца семестра два месяца. Неприятно очень, но не стоит ли вставить зуб и остальное выполнить? С криминальными рожами связываться – себе дороже…

— Баллы за ЕГЭ я ему не нарисую, – мрачно процедил я.

— Физрук как там?

— В реанимации. Тяжёлое сотрясение. Нужна реконструкция лицевых костей.

Жена некрасиво выругалась.

— Владу звонил? – уточнила она затем.

Я отрицательно мотнул головой. Сообщать владельцу лицея о том, что мой физрук покалечил старшеклассника, не было никакого желания, хотя мы и дружили. А о том, что я принял на обучение бандитского сыночка, я бы предпочёл, чтобы человек, от которого напрямую зависит моя должность, вообще никогда не узнал.

— Мы договаривались, что все решения принимаю я. Владу не до лицея.

— Возможно, этот инцидент стоит сделать исключением, – протянула Лариса.

— Новость вышла, – подлила Маша масла в огонь. – На городском портале. Но там про зуб только. Комменты не в папину пользу.

— Папа тут вообще ни при чём! – Жена забарабанила по столу пальцами. – Давай честно, твой физрук, конечно, теперь тоже сторона пострадавшая, но изначально… Да и навряд ли он сможет работать до лета. А в следующем году эти люди про лицей и думать забудут.

— Нельзя выполнять требования вымогателей, – возмутилась Машка. – А то они станут бесконечными!

— Мальчик же – выпускник.

— А если у дружков этого придурка ещё десяток тупорылых отпрысков? – не сдавалась дочь.