Книга Дополненная реальность. Сетевая игра, страница 38 – Алевтина Варава

Не закрепить в башке эту жуть с кипятком она не могла. Не было в «Дополненной реальности» функций, которыми можно было убрать память. Восприятие чего-то поменять – да, но чтобы прям забыть…

Но ожога же у неё нет.

А ещё проснётся не пойми где. Вот задача.

«Есть у тебя кто дома?» – наконец отправил Пашка Толику. Ему понадобится помощь, как ни крути.

Очень повезло: Толикова родня свинтила куда-то на выходные, что в их семье происходило часто (на то Пашка и рассчитывал), а сам Толик оказался дома и один.

Пионова, с виду довольно миниатюрная, была на деле неипически тяжёлой ношей. Сначала Пашка попробовал нести её на руках, но сдулся ещё на пути к забору школы. Пришлось полузакинуть Люську на себя, чтобы доволочь, как какой-то мешок, до дороги к такси.

Потом младший Соколов вынужденно подался в херовые актёры, опасаясь, как бы водила, чего доброго, не вызвал ментов: усаживая спящую Пионову на заднее сиденье, Пашка бормотал, что сейчас, мол, быстро приедем и даже «спи, любимая» ввернул, хотя в норме Пионовой такого бы не сказал в жизни, и вообще было это тупо и странно.

Вынимать Люську оказалось сложнее, спасло только то, что она реально спала, то и дело шевелясь, и даже умудрилась приобнять Пашку за шею, так что таксист, слегонца заёрзавший, унялся.

А вот Толику вид Пашки и Пионовой не понравился абсолютно.

В лифте Соколов-младший взял Люсю на руки опять, и, вероятно, выглядел максимально необычно.

— Короче, можем ей сказать, что мы пришли раньше? Утром там, допустим? – попросил Пашка, когда её уложили на Толикову кровать и накрыли пледом. – Ну, когда проснётся. Можно даже, что прибухнули ещё с тобой и она отрубилась?

— Ты чем Люську накачал? – подозрительно уточнил Толик с выражением лица нехорошим.

— Это не я! – вскинулся Пашка.

— А кто? И как она с тобой оказалась?!

— Вот это нам и надо будет ей объяснить, когда проснётся. Желательно, правдоподобно.

— Ты сначала мне объясни и желательно правдоподобно, – сдвинул брови Толик. – Пошли на балкон.

Закурив, Пашка какое-то время думал.

— Ну короче, – объявил в итоге он, – Люся попала в беду, а я её спас. Лучше бы ей особо не помнить, что случилось, но я понятия об этом не имею.

— И в какую беду она попала?

— Вот веришь: не знаю.

— Слушай, чувак, – совсем посмурнел приятель. – Ты ко мне домой приволок девчонку в отрубе, судя по всему, упоротую чем-то. Люську я знаю, она бы ничего подобного сама не сделала. Ты вроде тоже. Но охереть как странно себя ведёшь в последнее время. Я втёмную в таких мутках участвовать не буду, и лапшу Люсе на уши вешать – тоже. Колись давай.

— Короче, с Пионовой что-то сделала её подружка, – объявил Пашка, – чтобы мне типа место моё указать. Тварина редкостная. Чё она… чё она ей дала, а может, и вколола даже, я без понятия. Чё Люська помнит – тоже. Но что она была у той подружки, помнит, я так думаю. Я в её телефон залез, там она мамке пишет, что с той тусит. Сегодня ещё писала, в час дня, кажется.

— Ты куда влез, братан? – выпучил глаза Толик. – Ещё и деваху нормальную вляпал!

— Между прочим, – не сдержался Пашка, – подружка эта – баба братца твоей Яны. Ты вот знаешь, что он – натуральный гопник? В смысле, прям совсем: с ножом бегал и всё такое. Бабки косил.

— Бля. – Хмурость Толика резко изменила тональность, и он сел на пуф, уперев колени в панель балкона. – Да, это я знаю. Яна говорит, что он резко исправился, но я не особо верил. Он к Люсе привязался, что ли?!