Книга Осколки будущего, страница 397 – Алевтина Варава

Аня смогла выдавить только робкое «Спасибо», после чего, спасаясь от грохочущей музыки, сомнамбулой забрела в какую-то дверь на верхнем ярусе амфитеатра и свернула в комнату – тёмную и пропахшую плесенью.«Вольны распоряжаться нами на своё усмотрение». Выходит, Ниарса ничуть не утрировала: если бы тогда принцесса Авелилона приказала Жаклин рассказать об инопланетянах всё, жрица бы повиновалась. Справедливость, о которой толковал враг, – всего лишь софистика. Рассуждения озлобленного, больного человека. Это очевидно. Однако стояла ли бы Аня на своём так же упорно, если бы озверевшая дрянь окунула её лицо в серную кислоту?

Нет. В тот кошмарный миг она уже вдохнула ядовитые пары, чтобы умолять Жаклин, – и, если бы не Единорожка, Ниарса уничтожила бы космический корабль вместе с кальдектами и Лаундой. Их гибель стала бы сугубо Аниной виной. Гибель целого народа – ведь вовсе не факт, что где-то всё ещё существует планета, с которой взлетело судно. Минус один вид жизни. Он взирал с чаши весов на жалкую Анину слабость перед болью, съёжившуюся на второй чаше.

Она бы сделала то же самое опять.

Она знала.

Как же отделаться от этих навязчивых мыслей? Вот вновь они вытеснили из головы абсолютно всё, включая ликование от успеха с изумрудами.

Сидя на громоздком деревянном сундуке и тренируясь выпускать дым колечками, чтобы прогнать гнетущие образы, принцесса Авелилона вдруг ясно услышала из коридора хрипловатый тембр Натали.

Удачно! Нужно нормально поблагодарить за обещанные ресурсы, чтобы соратница не думала, будто Аня возьмёт подарок просто как должное.

Но слова жрицы Храма Луны вынудили принцессу помедлить.

— Я чувствую себя преступницей, – взволнованно и отчётливо сказала Натали, проходя аккурат мимо двери, за которой уединилась Аня.

Она собиралась выйти из своего укрытия – даже потушила сигарету и слезла с сундука, – но потом застыла, ибо не поняла, кто Натали ответил.

— Я чувствую так себя постоянно, – произнёс тонкий, немного надломленный фальцет. – У нас очень мало времени, как всегда, милая.

— Леста, я… – Натали сорвалась на шёпот, приглушённые голоса удалялись.

Аня напряглась, но больше ничего не разобрала. В замке не было посторонних – что ещё за тайны?

Она осторожно выглянула в коридор – он оказался пустым. Неуверенно возвратилась в огромный зал.

Там громыхала Тинина любимая музыка. Какой-то матюкливый рэп для умудрённых жизнью тинейджеров. Песенные вкусы будущей дочери вызывали у Ани недоумение. Она искала Нику, чтобы рассказать об обрывке странного диалога. Нужно с кем-то обсудить это. Хотя возлюбленный и стал не лучшим конфидентом. Ника всё чаще выбивал Аню из колеи. Зачем сочинять моральные трудности там, где их нет, если вполне явственных проблем и так с головой хватает? Попытки исключить из перечня удобств магию попахивали подростковым упрямством. Да и другие Никины принципы, умилявшие раньше, перекочевали в лагерь раздражителей. Иногда он говорил дичайшие вещи. Такие штуки всплывали случайно – в виде комментариев к фильмам, когда они выбирались в кино, или оценок каким-то ситуациям, упомянутым в разговоре. Его по-рыцарски романтические взгляды трогательны, но нельзя же всерьёз мерить так реальность! В конце концов, они уже не дети. И повидали немало, чтобы идеализировать мир или даже стремиться жить по «правилам чести».