Книга Саранча, страница 2 – Борис Конофальский

Станичные старшины тоже приходили, отцы-старики, мрачные сидели у него, слушали. Послушав, решили казаков на место боя оправить, павших найти да слова Саблина заодно проверить.

Да разве в болоте сыщешь мертвых, их уже рыбы да звери на клочки разорвали. Но вот глиссер переделанных нашли взорванный, лодки разбитые тоже. Оружие переделанных и казачье было. Вроде, не врал Саблин. Но всё равно непонятное дело выходило. Непонятное.

А кроме своих, так ещё учёные из Норильска приезжали с армейскими, им тоже было интересно. Тоже донимали. Аким как оклемался, так только и делал, что говорил. Повторял одно и то же целыми днями. И бывало, что одно и то же несколько раз в день.

И вот теперь эти тут сидят. Бабу красивую привезли зачем-то. Сидит она, колени голые, свитер в обтяжку у неё, ничего не скрывает, к чему это всё?

Мужчины тоже, кажется, представились, но их имён Саблин то ли не расслышал, то ли не запомнил. Спрашивать было неудобно, да и не нужно. Он к ним никак не обращался, он только на вопросы отвечал.

— А как вы достали планшет офицера? — спрашивал штатский.

Акима немного покоробил такой вопрос, в самом деле, не украл же он его:

— Снял с убитого.

— Офицера убить непросто, — заметил медик со стальными глазами.

— Любого из переделанных убить непросто, — недружелюбно косясь, отвечал Саблин.

— А вы убили пятерых? — продолжал штатский.

— Пятерых.

— Как, из чего? — вставил вопрос капитан медслужбы.

— Из всего, что было. «Бегуна» из пистолета бил, а добил из дробовика. Из двустволки.

— А «солдат» тоже из пистолета били? — интересовался капитан.

Вот чего он донимает, знает же, что «солдат» пистолетной пули и не заметит. Зачем такие вопросы задаёт? Злит только.

— Одного солдата из СВС, Снайперской Винтовки Соколовского, убил, второй на фугас выскочил. Их, вроде, всего два было, — вздохнув, отвечает Аким, он это уже раз тридцать рассказывал, а эти… Сто процентов отчеты Щавеля читали.

— А откуда вы узнали, где фугас поставить? — спросила женщина.

Саблин глянул на неё, ухмыльнулся. Баба, что с неё взять, видать, не понимает, с кем разговаривает. Он думал, что её спутники ей сейчас объяснят, кто такие пластуны, но они смотрели не на глупую женщину, а на него. Ждали его ответа.

— Я поставил фугасы в месте вероятной высадки противника на берег, — терпеливо начал говорить он.

— А откуда вы знали, что они там высадятся?

— Из опыта, определил место, где высаживаться будет удобнее всего.

— А откуда вы знали, что они вообще собираются там высаживаться? — не отставала женщина.

— Я не знал, я предполагал, — продолжал Саблин.

— А на чём основывались ваши предположения?

«Какая же нудная баба. Чего ж тебя разбирает?» — думал Аким с некоторым раздражением. Но вслух, конечно, говорил иное:

— Я пред этим убил какую-то тварь, и у неё в ухе увидал гарнитуру коммутатора, понял, что она там не одна. Решил подготовиться.

— Вы туда приехали не один? — спросил штатский.

Вот, вот теперь начались самые неприятные вопросы. Послать бы их, да Щавель с Волковым рекомендовали поговорить с приезжими. Попробуй не последуй их рекомендациям.

— Не один, — сухо отвечал Аким.

— А сколько вас было?

— Восемь, — ответил Саблин и замолчал.

Пауза. Гости ждут пояснений, а ему уже надоело говорить одно и то же, он молчит.