Книга Саранча, страница 13 – Борис Конофальский

Аким даже не поверил в то, что услышал:

— Чего, кого?

— Юрку нашего, он же в прошлой четверти зачёты сдавал, так и сдал. Биологию и химию, всё на сдал на девяносто баллов. Лучший показатель в школе. Его и ещё Надю Косову пригласили в больницу на собеседование. Андрей Семёнович говорит, что он его прошёл.

Саблин ошарашен, молчит, смотрит на жену и не верит даже, хотя поверить нужно. Вот так вот! Юрка его вон какой. Во врачи может пойти. Шутка ли! Во врачи! Врач — это же… К диплому врача сразу погоны офицерские прилагаются. Диплом получил и сразу лейтенант медицинской службы. Лейтенант!

И не нужно парню казацкую лямку всю жизнь тянуть, призывы считать да на кордоны ходить, выслугу высчитывать. И люди к тебе обращаются «господин врач» или «господин сотник». И всегда на «вы». Никак иначе. И при деньгах всегда. И любая дочка, даже полковничья, сразу замуж побежит, если врач сватов пришлёт.

А Настя счастливая, как будто это её во врачи пригласили. Красивая, глупая, конечно, но красивая, не зря за ней пол станицы ухлёстывало. Он гладит её по щеке. А она и рада. Его руку целует.

— А сколько денег доктор за обучение попросит? — спрашивает Аким.

Тут Настя уже не так счастлива становится, глядит заискивающе, словно просит:

— Говорит, тридцать рублей сразу и по двадцать за каждый год учёбы. А учиться пять лет.

У Саблина всего шестьдесят рублей. Накопил. А из них двадцать с лишним на новую лодку уйдёт. Но он всё равно кивает головой, что ж делать, надо будет добывать больше.

— Найдём, — говорит Аким и всё кивает головой, — заработаем.

Наталка неприкаянная бродила по палате, медицинскую маску стянула на подбородок, ела яблоко и вдруг сказала громко:

— Папа, а Олег саранчу поймал у нас во дворе! Во-от такая огромная, — девочка растягивает большой и указательный пальцы, показывая, как велика та саранча.

Аким посмотрел на Настю:

— Саранча?

— Да прилетела одна, — небрежно отмахивается жена, ей сейчас охота говорить про старшего сына, не про какую-то саранчу.

— Дожди собираются? — продолжает Аким.

— Ой, слушай, три дня подряд тучи идут и идут на юг огромные, но дождя у нас не было, — ей не терпится снова говорит о своём удивительном сыне, которого приглашают учиться на врача.

А Саблин что-то заволновался:

— А в управе ничего про саранчу не говорили? Инсектицид варить не думали ещё?

— Да нет, не слыхала, если бы собирались, бабы в магазине уже об этом говорили бы. Ой, да успокойся ты, одна саранча на двор залетела, а ты уже волнуешься. Не пожрёт она твою кукурузу. Нагонишь ещё водки.

Она ещё что-то хотела добавить, да в дверь палаты постучались, и в приоткрытую щель пролезла круглая голова. Аким сразу узнал её.

— Доброго здоровья вам, Анастасия Петровна, — ласково начала голова.

— Здравствуйте, — корректно отозвалась Настя.

Щавеля она знала плохо, знала, что он из станичного и полкового начальства.

А Никодим уже в палату вошёл, не подождал пока жена уйдёт, некогда ему ждать. Начальник.

— Здорова, Аким, — протянул руку и продолжил, ласково обращаясь к Насте, — вы уж не взыщите, Анастасия Петровна, да дело к вашему супругу есть у меня.

Неймётся ему.

— Ну, дело так дело, — засобиралась Настя. — Наталка, пошли. У папки дела.

— Фрукты-то не забудь, — напомнил Саблин жене про яблоки и апельсины, что лежали на тумбочке.