Книга Глубокий рейд. Голова, страница 47 – Борис Конофальский

— И сколько у нас некомплект? – спрашивает комвзвода у своего зама, когда почти со всеми уже побеседовал. – Трое, что ли?

— Трое, - откликается зам, заглянув в бумаги.

— Штурмовых не хватает? – уточняет Аким.

— Так точно, - отвечает Саша, проглядывая списки. – Не хватает только штурмовиков.

И когда они с Каштенковым уже заканчивали с бумагами и уже отпустили подчинённых, тут ему на личный коммутатор пришло сообщение: «Батя, ну что, сможешь сегодня в госпиталь заскочить?».

Старший сын его очень редко вот так беспокоил, скорее Олег ему мог написать на службу. Антонина могла, да, писала частенько. А Юрка нет… Саблин такого и не припомнил. Может, поэтому он и недоумевал: «Заскочить в госпиталь? К этому Пивоварову, что ли?».

И тут же новое сообщение от сына: «Бать, не пиши ничего, просто приходи в госпиталь, я тебя жду».

И, видно, лицо у Акима поменялось от этих странных сообщений, а зам это сразу и приметил:

— Чего? Кто там тебе строчит?

— Да Юрка, просит в госпиталь зайти.

И Каштенков сразу стал серьёзным:

— Это из-за последней твоей контузии? – и так как Аким ему не успел ответить, сразу добавляет. – Ну так чего ты? Иди. С этим всем лучше не баловать. Голова всё-таки, – Саблин хотел ему сказать, что это не из-за головы сын его зовёт в госпиталь. Но Саня его подгоняет: – Иди, я с бумагами разберусь сам.

Аким соглашается и кивает: ладно, пойду; но перед выходом вспоминает:

— Калмыков с Ряжкиным придут, скажи, чтобы подождали. Я скоро.

— Ладно, скажу, - обещает замкомвзвода.

Глава 14

В дверях госпиталя хороший тамбур, обдув, фильтрация, всё, как и должно быть. Дальше полумрак и прохлада фойе, там несколько женщин. Ждут, скорее всего пришли к мужьям, что находятся тут на излечении. Он снимает фуражку и маску, кивает им: доброго дня. Женщины кивают ему в ответ. Саблин подходит к регистратуре, а там миловидная медсестра, совсем молоденькая, ей, наверное, и семнадцати нет, а уже беременная.

— Здравствуйте. Прапорщик Саблин, – говорит он.

— Доброго дня, прапорщик Саблин, - дева глядит в монитор. – Вы записаны на осмотр или с жалобой?

— Я к сыну, - отвечает Аким.

— А, вы к сыну? – она тут наконец понимает. – К интерну Юре Саблину? Я сейчас его вызову.

Это было немного странно. Аким первый раз видел сына в медицинском костюме.

— Пойдём, бать, – открыв дверь своим электронным ключом, он пригласил отца в один из коридоров госпиталя. Когда они остались вдвоём, сын и говорит ему: – Он про тебя уже раза три спрашивал.

— А что ему нужно-то? – пытается выяснить прапорщик. Он всё ещё полагает, что речь пойдёт об обучении сына, но… тогда Юра бы хоть что-то сказал ему на этот счёт. Но Юрка-то молчит. Ведёт его по лестнице на второй этаж. В палаты.

— Бать, да не знаю я, - отвечает сын. – Он про тебя спрашивал, когда ты ещё в рейде был, ну, я сказал, что тебя нет, так всё, он до последнего речь не заводил, а тут, видно, узнал, что ты вернулся, так сразу опять начал: мне бы с твоим отцом переговорить. Как это сделать?

Всё это было странно; а они тем временем уже ушли в самый конец коридора, тут было мало света, а людей не было вообще, кроме одной медсестры за столиком, над которым имелась надпись на стене: «Отделение регенерации».

— Ты во сколько вчера пришёл? – на всякий случай спросил сына Саблин, когда тот завёл его в отдельный кабинет и указал на стул.