Книга Птицеферма, страница 129 – Татьяна Солодкова

— Два года, Ник, – отрываю голову от колен, чтобы посмотреть ему в глаза. – Почему так долго? Два года.

Напарник морщится.

— Согласен, чертовски долго, Эм. Что ты помнишь о задании?

Качаю головой. Не стану лгать.

— Ничего. Я помню тебя и кучу моментов, связанных с тобой, – признаюсь. – У меня вообще ощущение, что в моей жизни был только ты. – А об этом, пожалуй, можно было промолчать. Но я это делаю – говорю, как чувствую.

— Ох, Эм… – Ник протягивает руку и обнимает меня за плечи, прижимает к себе. Касается губами виска.

Не вырываюсь, позволяю.

— Ты хоть не женат? – бормочу.

Смеется.

— Нет. С чего такие опасения?

— Утром я практически изнасиловала тебя, не спросив, нет ли у тебя обязательств перед кем-то другим.

— Янтарная, – Ник опять обращается ко мне так, как ему нравится, – ты что-то путаешь в значении слова «изнасилование». Насилие – это когда жертва против, а не очень даже за и активно участвует.

Верно. А иногда жертва может быть против, не участвовать, но и не сопротивляться. Мне это прекрасно известно.

— Мы отвлеклись от темы, – напоминаю.

А еще мне нужно сегодня встретиться с Дэвином. Но напарнику об этом я пока не скажу.

— Тема, – соглашается Ник, посерьезнев. – Помню. Вокруг Пандоры крутились большие деньги. Очень большие. По черным каналам. Плюс на рынке вновь появился «синий туман». А как известно, много лет назад именно Пандора была главным поставщиком синерила, из которого тот производят. Для всех все шито-крыто – не подкопаешься. – Все еще обнимает меня одной рукой, второй берет мою кисть, лежащую на колене ближе к нему, перебирает пальцы. У меня нет ни сил, ни желания его отталкивать. – Крыто не в смысле, что все тщательно спрятано, а в том, что все куплено. Причем в верхах. Все отчеты идеальны. Ответственные лица радостно моргают и предоставляют бумаги по первому же запросу, мол, убедитесь: тюрьма, рудники, облагораживающий труд для отбросов общества. Прямых доказательств так и не нашли, как ни искали, но совпадение было уж очень явным.

— И поэтому решили проверить все изнутри? – наконец-то действительно начинаю понимать.

— Угу, – подтверждает напарник. – Изначально это был блестящий план, а потом все покатилось в тартарары. Я говорил Старику, что это бредовая идея – отправить на планету-тюрьму женщину. Что тут… – Он прерывается, подбирая нужное слово.

— Меня будут иметь все кому не лень? – подсказываю.

Пауза.

— Все кому не лень? – осторожно; пальцы крепче сжимают мою ладонь.

— Нет, мне повезло, только Пингвин.

Снова пауза.

К счастью, Ник продолжает, не расспрашивая:

— Об этом я и говорил Старику. А он заладил, что женщине будет легче что-то разнюхать. Мол, если ее застанут где-то в неположенном месте, ей будет проще сыграть дурочку. Или… отвлечь.

— Соблазнить врага, ты имеешь в виду? – переспрашиваю, не веря своим ушам. Не помню свои прошлые «подвиги», но что-то подсказывает мне, что оказание секс-услуг не входило в мои должностные обязанности. – Я была готова на это пойти? Серьезно? Я так поступала ради работы?

— Эм, я не держал над тобой свечку. Но сильно сомневаюсь.

Интересная у нас профессия, получается…

— А ты? – задаю вопрос в лоб.

Молчание.

Поднимаю голову, чтобы увидеть его лицо.

— Было пару раз, – признается. Пытается свести все к шутке: – Но имей в виду, я соблазнял только красоток. И в итоге все было очень даже добровольно.