Книга Синий туман, страница 183 – Татьяна Солодкова

— Вы не понимаете! — Оббегаю мужчину и теперь шагаю перед ним спиной вперед. — Это самое яркое преступление последнего десятилетия. Общественность должна узнать об этом из первых уст.

А у меня не осталось ни черта, просто ни черта! Карла успела уничтожить мой комм со всеми материалами!

Бристол продолжает идти на меня, только мученически возводит глаза к потолку.

— Мисс Вейбер, я настоятельно советую вам уняться.

— А я советую вам не мешать журналисту с международным удостоверением!

А теперь лицо полковника перекашивается, будто его заставили съесть лимон.

— Мисс Вейбер… — Мужчина останавливается посреди коридора и прожигает меня тяжелым взглядом. Учитывая то, что без каблуков ростом я достаю ему от силы до груди, эффект мог бы быть сногсшибательным. Но я тоже не новичок в психологическом давлении.

— Да, полковник? — Стойко выдерживаю его взгляд и, тоже остановившись, демонстративно складываю руки на груди, мол, давай-давай, я тебя слушаю.

Но признаю, выдержке лондорца можно только позавидовать.

— Мисс Вейбер, я рекомендую вам обратиться к мистеру Райдеру…

К кому? В первое мгновение недоуменно моргаю, но, сообразив, что это местное имя Джека, быстро возвращаю себе покерфейс.

— Может быть, он вам объяснит, что сейчас не до игр в журналистов и преступников. Как я понял, вы достаточно близко знакомы, — жестко заканчивает полковник и, обруливая меня, на сей раз действительно уходит прочь.

— Это было невежливо! — кричу ему вслед.

На что мужчина только отмахивается, даже не обернувшись.

Солдафон твердолобый. Еще он на наши отношения с Джеком намекает. Можно подумать, есть какие-то отношения.

Впечатывая пятки в пол, тоже направляюсь к выходу из барака. Чертовы длинные коридоры, чертова Пандора, чертов Бристол!

Рывком дергаю входную дверь на себя и, естественно, с размаха врезаюсь в чью-то твердую грудь.

— Джек, ты не вовремя, — шиплю, отскакивая от него, как теннисный мячик, и вытягиваю шею, пытаясь рассмотреть за его плечом, куда подался беглец-полковник.

Однако тот тоже не проникается ситуацией, а, вместо того чтобы меня пропустить, преграждает путь, остановившись в дверном проеме, да еще и приваливается к косяку плечом.

— У тебя отходняк, что ли? — уточняет, окидывая меня придирчивым взглядом.

Закатываю глаза.

Какие мы умные. Естественно, отходняк. Я просидела шесть чертовых часов у постели брата, накопила злость и энергию, и если немедленно их к кому-нибудь не применю, меня разорвет на части.

Или того хуже — вернусь к Шону и буду рыдать, держа его за руку.

Нет уж, лучше я буду рвать и метать и доведу кого-нибудь до белого каления.

— Тормози, — спокойно произносит Джек, не меняя позы. — Твой брат жив, и все с ним будет в порядке.

Фыркаю и отворачиваюсь, запустив руку в растрепавшиеся волосы.

— Конечно. Все, с кем все в порядке, лежат в отрубе по десять гребаных часов.

— Он спит.

— А я не сплю!

Упираю руки в бока и с воинственным видом пру на Джека. Он только корчит гримасу, но и не думает пугаться, зараза.

— Ты бы тоже пошла поспать.

— Не спится, — огрызаюсь. — Я хочу сделать этот репортаж. Я хочу заснять Карлу в наручниках. Я…

— У тебя откат, — констатирует Джек, и мне хочется его придушить.

В этот момент до нас доносятся громкие голоса откуда-то из-за барака. Джек, потеряв бдительность, оборачивается, а я, проскользнув между его плечом и дверным косяком, выбегаю наружу.