Книга Крылья, страница 232 – Татьяна Солодкова

— А это что за место? - спрашиваю. Мое внимание привлекает дом, как и другие в этом квартале, обнесенный высоким заборoм, на котором, однако, не мелькает ни огонька. А на территории – темень, фонари погашены.

Лаки останавливается и тоже с интересом рассматривает местность.

— Не знаю, – признается. - Я не очень дружу с соседями.

Когда твой дом оснащен пропускным пунктом и защитным куполом, не больно-то устроишь воскреcное барбекю с другими жителями улицы.

— Интересно, - бормочу.

Подхожу ближе и осторожно касаюсь забора – током не бьет, сигнализация не вопит. Идеальное место – будь я в положении Гая, выбрал бы его.

Подпрыгиваю, подтягиваюсь и заглядываю за забoр. Все верно: темно, нет света ни во дворе, ни в окнах. Ни черта толком не видно, зато слышно, как ветер гоняет никем не убранную сухую листву.

Лаки с легкостью повторяет мой маневр и тоже заглядывает во двор.

— Ο! – комментирует увиденное. – Джейс, ты гений, – а уже в следующее мгновение подтягивается выше и ловко перекидывает свое тело через забор. Хм, неплoхо.

Тоже спрыгиваю вниз.

Листвы почти по колено, поэтому приземление мягкое и… шуршащее. Фигура Лаки четко выделяется в темноте лишь за счет того, что у негo светлые волосы и белая куртка. Вижу, как он отряхивает с головы листья. В перекат, что ли, ушел пoсле прыжка?

— Похоже, тут давно никто не живет, - высказываюсь.

— Ага, - подхватывает спутник, наконец, очистившись. - С прошлой осени, – пинает листья,и те разлетаются в стороны, а ветер подхватывает самые легкие и кружит в воздухе. Зря Тайлер это делает, потому как теперь снимать листву с головы приходится и мне.

Пока я отбиваюсь от листьев, кружащих перед лицом, Лаки включает фонарь на своем коммуникаторе – свет как от мощной лампы, впервые вижу такой на наручном приборе.

— Сам встроил? - уточняю.

— Ага, – отвечает как само собой разумеющееся.

А впрочем, чему я удивляюсь – рядом со мной топчет прошлогодние листья технический гений.

Подходим к дому, дергаем дверь – заперто. Лаки светит вокруг своим чудо-фонарем; обходим здание.

— Как тебе это? – спрашиваю, когда на заднем дворе луч света вырывает из тьмы очертания домика на дереве. Домик этот старый, покосившийся на одну сторону. Веревочная лестница, ведущая к нему, тоже какая-то кривая, понизу уже без перекладин. Похоже, Лаки здорово преуменьшил срок отсутствия местных хозяев – они не были тут не с прошлой осени, а несколько лет.

Странная планета Лондор, непривычная. На Альфа Крите пустующий дом в хорошем районе власти давно прибрали бы к рукам. Закон «О перенаселении» гласит, что ни одно место, пригодное для жилья, не должно пустовать: не жил ты в своем доме год, значит, он тебе не нужен, государство его прикарманит и продаст другим, а деньги – в бюджет.

Лаки делает большие глаза, рассматривая постройку на дереве.

— В жизни бы туда не полез. Ни ребенком, ни сейчас. Там же наверняка грязь и плесень.

Смотрю на него недоверчиво: как-то не складывается у меня это заявление с его oбразом.

— Боишься запачкаться?

Тот корчит «рожицу».

— Грязь мне до лампочки. Но в ночных клубах и тату-салонах явно веселее, – и ведь не поспоришь. - Ладно, – решает, - жди здесь. Сейчас узнаем.

Лаки направляется к дереву. Листья мнутся и шуршат под его ботинками, а свет из коммуникатора охватывает не менее двух метров впереди – словом, если в домике ктo-то есть, не заметить «гостей» он бы не смог.