Книга Крылья, страница 216 – Татьяна Солодкова

Риган держит свою ношу в правой руке, а потому пожимает левым плечом.

— Пирожные. Я спросил Лаки, что лучше принести,и он посоветовал взять что-нибудь к чаю, потому как ты, как всегда, забудешь о десерте.

— Почему это забуду?.. – задыхаюсь от возмущения. Α ведь я и правда о нем забыла. Черт. - Погоди, а почему ты спросил Лаки, а не меня?

— Потому, что ты сказала бы: ничего не надо, - да, именно так я и сказала бы. - Пошли скорее, у тебя губы синеют, – усмехается Джейс, не дав мне продолжить возмущаться. – Держи, - едва ли не силой всучивает мне коробку со сладостями (принимаю и крепко сжимаю ее бока, скорее, от неожиданности), а сам он расстегивает куртку, шире распахивает полу и притягивает меня к своему теплому боку. Я млею от этого мужчины, без шуток.

Так и идем к крыльцу, обнявшись и кутаясь в одну куртку.

— Как прошла первая встреча? - спрашивает Риган, склоняясь к моему лицу.

Издаю нервный смешок.

— Порядок. Я сказала: «Здравствуйте», - и погнала их наверх переодеваться.

Джейсон смеется.

— Уже неплохое начало. Кто они хоть по профессии?

Вскидываю на него глаза. Странный вопрос. Какая разница?

Тем не менее отвечаю:

— Папа – генерал, в отставке. Мама – дизайнер интерьеров, но, я так поняла, тоже уже не работает.

— Ну, вот видишь, уже что-то проясняется.

Εму весело. Черт возьми, ему весело.

— Как тебе удается почти всегда быть таким спокойным? – спрашиваю с завистью. Чувствую себя комком нервов. Такой неустойчивой субстанцией, которая, того и гляди, лопнет от перенапряжения,и во все стороны полетят ошметки.

Риган снова склoняется ко мне, проводит носом по щеке. Щекотно.

— Я притворяюсь, – сообщает трагическим шепотом.

— Очень смешно, – огрызаюсь; выворачиваюсь из его объятий потому, что мы уже перед крыльцом. – Подержи, – вручаю ему коробку обратно, а сама прикладываю ладонь к сенсорной панели замка. – Входи, – командую, распахивая дверь.

Подумать только, как на меня влияет присутствие этого человека: мне на самом деле сделалось спокойнее.

По закону подлости мы входим в холл одновременно: гости и мальчики спускаются с лестницы, а мы с Джейсоном заходим с улицы. Вот она – немая сцена, как в лучших дешевых драмах по ТВ.

— Привет, Джейс! – первым ориентируется Лаки.

— Привет! – радостно вторит ему младший брат.

Риган взмахивает свободной рукой, приветствуя мальчишек,и прежде чем я успеваю произнести хоть слово, уже обращается к родителям:

— Здравствуйте.

Мама удивленно взмахивает ресницами. Вроде бы они не были у нее такими длинными, когда она вошла в дом час назад. Накрасилась?

— Здравствуйте, э-э… молодой человек, - бормочет растерянно.

Отец молчит и смотрит в упор на еще одного неожиданного гостя. Взгляд – самый что ни на есть генеральский. Так и кажется, что Шеймус Морган прямо сейчас рявкнет: «Представьтесь, рядовой!». Но пожилой генерал молчит, и на том спасибо.

Совершенно невпопад вспоминаю о том, что Риган в полиции был не рядовым, а сержантом, а сейчас к нему, пожалуй, было бы правильнее обращаться: «студент».

Вздыхаю, потому как отмалчиваться и бездействовать больше нельзя. Забираю у Джейсона коробку с пирожными и передаю ее Лаки, не забыв одарить этого заговорщика убийственным взглядом.

— На-ка, отнеси на кухню.

— Есть, мэм! – получаю шутливый ответ.