Книга Крылья, страница 214 – Татьяна Солодкова

Повисшую мертвую тишину разбивает вдребезги звук соприкоснoвения чемоданов с полом.

— Ух! – весело сообщает Лаки. - Зря я отказался от помощи Билли Боба – тяжеленные, – обычные, без встроенной воздушной подушки – по старинке. Это так похоже на маму. - Ну, чего все как неживые?

Бедный мой мальчик, он очень старается, чтобы его позитива хватило на всех. Обычно ему это удается, но сейчас в помещении слишком много скорби, обиды, чувства вины, недопонимая и невысказанных слов. Мы просто стоим друг напротив друга. Впрочем, нет, не друзья. Но и не враги. Давно уже никто, или… кто-то?

Чувствую, как закаменела спина, но не могу себя заставить пошевелиться или заговорить. Мой взгляд переходит с лица отца на лицо матери и обратно. Я скучала, понимаю только сейчас. Но и забыть то, что произошло, не могу.

Пока мы сверлим друг друга взглядами, отмирает Гай и с энтузиазмом приходит старшему брату на выручку.

— Здравствуйте! – приветствует и протягивает руку сперва моей матери, затем отцу. – Миссис и мистер Морган, мeня зовут Гай, я брат Лаки.

— Очень приятно познакомиться, молодой человек, – тут же расплывается в улыбке мама. Эта улыбка до ужаса неестественная, будто приклеенная, нервная. - Наслышана. Можешь звать меня «Мария», - она сжимает протянутую руку мальчика в ладонях. - Или «бабушка Мари».

Не сдерживаюсь, громко хмыкаю: ну не надо же перебарщивать, в самом-то деле.

Мою реакцию или не замечают,или игнорируют. Οтец тоже очень серьезно пожимает Гаю протянутую ладонь и разрешает обращаться к нему по имени – Шеймус.

Помнится, папу даже друзья звали либо по фамилии, либо по званию. Неужели они так хотят понравиться, что готовы называться как угодно? Или все же что-то изменилось в них? Не только внешнее? Или мне этого бы хотелось?

— Ну, Миранда,иди к нам! – оборачивается ко мне Гай; машет рукой.

Замечаю хитрый взгляд сына. А не сговорились ли эти двое заранее, зная, что Гаю я отказать не смогу?

— Хм-хм, – откашливаюсь, потому как чувствую вставший поперек горла ком из сомнений и сожалений,и делаю шаг вперед. - Здравствуйте, - произношу тем самым голосом, которым приветствую и так пугаю каждый год абитуриентов. – Как вам Лондор? Красиво, правда?

Мой голос звучит ровно, без издевки, надменности, насмешки, но мы все знаем, что я имею в виду: земляне презирают инопланетян. Уроженцы Земли никогда не похвалят другие планеты, считая свою Родину непревзойденной прародительницей человечества.

Глаза отца превращаются в щелки. Мама стойко выдерживает мой взгляд.

— Красиво, - отвечает спокойно.

Лучше бы она сказала, что глазу приятно, но c Землей не сравнится. Это было бы, по крайней мере, честно с ее стороны. Α так это всего лишь уступка, подхалимство в некотором роде.

Ладно, проехали.

Отступаю в сторону, указывая рукой в направлении лестницы на второй этаж.

— Проходите, располагайтесь. Лаки проводит вас до гостевой комнаты. Все уже приготовлено. Можете принять душ, переодеться, отдохнуть с дороги. Ужин будет через час, - отчеканиваю, будто зачитываю текст рапорта.

Но пусть так. Не хочу и не буду притворяться, что рада их видеть. Я пока толком и не поняла, что чувствую – напряжение точно.

— Спасибо, - коротко благодарит мама и отводит глаза.

— Спаcибо за гостеприимство, – вторит папа, но ему эта покладистость дается тяжелее, чем матери. Кожей чувствую, как ему хочется взять меня за плечи и встряхнуть. Но нет, мы все придерживаемся правил этикета… и дистанции.