Книга Счастливчик, страница 49 – Татьяна Солодкова

Вот как, оказывается, выглядит обещание. Помнится, я предлагал свою помощь, за что был осмеян. Просто на тот момент Ди была уверена, что не проиграет, а на утро ее мнение изменилось. Вот она — женская логика во всей красе.

Пожимаю здоровым плечом:

— Не вопрос. Помогу. Сейчас оденусь. Зайдешь? — приглашаю.

Ди смотрит на меня как на сумасшедшего.

— Смеешься?

Ах, да. Приглашаю девушку в каюту, где собираюсь переодеваться.

Вообще-то, я мог бы одеться и в ванной, но так уж повелось, что семейство Роу считает меня маньяком, с которым нужно держать ухо востро.

— Жду тебя на камбузе через десять минут, — заявляет Ди и разворачивается, чтобы уйти. — Завтрак через час, — напоминает уже через плечо.

— За час я испеку тебе пирог, — кричу вслед.

Не оборачивается. Ясное дело, мы же гордые.

* * *

Появляюсь на камбузе через четверть часа. Ди сидит прямо на барной стойке, нетерпеливо болтая ногой в воздухе. Больше в помещении никого нет. Как и моего вчерашнего робота-уборщика — выполнил работу и поехал дальше.

Осматриваюсь, оценивая результат. Стало значительно чище. До верхних полок "уборщик" этой модели, скорее всего не добрался, но и так разница бросается в глаза.

— Идеи есть? — спрашивает Ди. Видимо, ей очень хочется доказать остальным, что умеет проигрывать.

Подмигиваю.

— У меня всегда полно идей.

— Хвастун, — фыркает девушка. И звучит это не шуточно, а обвинительно.

Ладно, я уже понял, она составила обо мне мнение, и ничто не способно его изменить. Досадно, но мы ничего друг другу не должны — это факт. Пора начинать думать, куда податься с Альберы, пока меня не настигла лондорская служба безопасности. Как только до меня доберутся люди дяди Рикардо, мне еще долго предстоит топтать поверхность родной планеты — путь за ее пределы мне заказан на долгие годы.

Пожимаю плечом в ответ на последнее замечание и иду за стойку. Дилайла спрыгивает на пол и поворачивается ко мне, однако присоединиться не спешит.

— И чего ты ждешь? — любопытствую.

— В смысле? — мгновенно напрягается.

Да что ж такое? Люди, вас тут всех били, что ли?

— В прямом, — усмехаюсь. — Я, что ли, буду готовить? Я обещал помочь, а не сделать за тебя.

Лицо девушки расслабляется. Мне кажется, она даже смущается своей реакции.

— Нет в мире джентльменов, — вздыхает с наигранной грустью — пытается замаскировать неловкость шуткой.

— Вымерли, ага, — подтверждаю и думаю о том, что семейка Роу способна загубить в зародыше все джентльменские порывы. Откроешь перед девушкой дверь — тебя тут же обвинят в домогательствах.

— Так что будем делать? — торопит Ди. Смотрит на часы, морщит лоб. — Сорок минут осталось.

— А чтобы ты хотела? — интересуюсь ее вкусами с вежливой улыбкой, но тут же получаю взгляд, полный негодования. — Ладно-ладно, — сдаюсь. — Будем готовить оладьи.

— Почему их? — спрашивает Дилайла и прикусывает губу в ожидании ответа, а я смотрю на ее губы и понимаю, что мне все-таки чертовски хочется изменить ее мнение обо мне.

— Почему бы и нет? — отвечаю вопросом на вопрос, пока пауза не слишком затянулась.

Мнение изменить хочется. Но тут два пути: или пытаться остаться на "Ласточке" после Альберы, или сдаться. Потому что за оставшиеся дни максимум, чего я сумею добиться, это уговорить Ди сыграть со мной еще раз в карты. Если очень повезет — в шахматы.