Книга Счастливчик, страница 26 – Татьяна Солодкова

Прохожу, поднимаю двумя пальцами полотенце, брошенное на стуле. Поворачиваюсь к капитану:

— Кэп, мне кажется, или тут кто-то уже живет?

На лице Роу играют желваки. Он медлит, прежде чем ответить.

— Жил, — выдавливает из себя. Кажется, ему совсем не хочется продолжать и тем более что-то мне объяснять. Стою и смотрю на него. — Здесь жил мой бывший пилот, — все же сообщает с неохотой.

— А-а, — понимаю, — тот самый, контрабандист? Келвин, если не ошибаюсь?

— Преступник и предатель.

Пафосно и категорично, ну да бог с ним.

— Не кипятитесь, капитан, — прошу, как мне кажется, миролюбиво, но Роу почему-то начинает злиться сильнее. — Я правильно понимаю, этот пилот уже не вернется, и я могу делать в этой каюте все, что мне заблагорассудится?

— Хоть пляши, — сквозь зубы.

Да что ж такое? Семья Роу, похоже, не выносит меня с первого взгляда на генетическом уровне.

— Я неважный танцор, — признаюсь, осматриваюсь. — Но в остальном спасибо. Мне подойдет.

— То есть тебе еще могло не подойти? — снова закипает капитан.

Пожимаю плечами.

— Ну, если бы вы поселили меня в кладовку с крысами, то точно бы не подошло.

— На "Старой ласточке" нет крыс, — опять пафосно. Если любит свой корабль, то почему так запустил?

Больше ничего не успеваю сказать. Капитан стремительно покидает каюту.

М-де, ну и дела.

А как же "Добро пожаловать. Ждем тебя на ужин"? Я вообще-то есть хочу.

Ладно, еда подождет. Прохожу по выделенной мне территории, осматриваюсь более внимательно. Вот, пожалуйста, еще и грязный носок под койкой. При всей любви Морган ко мне, она бы выгнала меня из дома, реши я устроить такой бардак в своей комнате.

Нахожу в одном из ящиков мешки для мусора, в один из них скидываю найденный носок, обертки от конфет, просроченный батончик и еще кучу всякой мелочи, непригодной для использования. Во второй мешок отправляются полотенце и постельное белье, и я покидаю каюту в поисках прачечной. Хотя "в поисках", конечно, громко сказано, на точной копии "Прометея" я как рыба в воде.

А в прачечной обнаруживается Дилайла. Она стоит, скрестив руки на груди, перед стиральной машиной, программа которой как раз подходит к концу, и нетерпеливо постукивает пальцами по рукаву.

На звук шагов Ди оборачивается и тут же мрачнеет:

— А, это ты.

— Как видишь, — улыбаюсь.

— Отец тебя оставил?

— Ну, пока что у него был шанс только выставить меня в открытый космос, — напоминаю.

Ди вздергивает подбородок:

— Мы не убийцы.

Будто пытается что-то доказать, опровергнуть любые обвинения. Но я ведь и не обвинял. Я вообще бы сюда не сунулся, если бы считал их убийцами.

— Не сомневаюсь, — заверяю. Отворачиваюсь от нее и загружаю белье в машину, выбираю программу.

Ди следит за моими действиями, спиной чувствую.

— У меня вроде нет горба, — комментирую, не оборачиваясь.

— Откуда ты знаешь, как включить стиральную машину? — игнорирует вопрос, голос настороженный.

Пожимаю плечами, убираю руки в карманы брюк.

— Они стандартные.

— Ничего подобного, — качает головой, сверлит подозрительным взглядом. — Это Клирк. У них даже "стиралки" ни на что не похожи.

— Ну, я и говорю, стандартные. На всех клиркийских судах такие, — спокойно выдерживаю ее взгляд, который из подозрительного превращается в обвинительный. Она меня, что, за шпиона теперь принимает?