Книга Мальчик, который ел призраков, страница 128 – Дарья Крупкина

— Это ведь я позвал тебя в дом Руби. – Айвори склонил голову, но смотрел куда-то мимо Генри.

Его голос звучал хрипловато, в такт негромкому клокотанию в его груди. Оно было хорошо слышно сейчас, в жарком тихом дне, на фоне ровного гула цикад.

— Эй, ты же не думаешь, что в чём-то виноват?

На рассеянное пожатие плечами Генри яростно возразил:

— Ты ощутил там что-то интересное! Мне тоже было любопытно. Я же знал, что это дом жены того культиста. Как его…

— Уайт Гиллори.

— Вот он, да. Я думал о её доме, слышал о нём раньше. Я бы всё равно рано или поздно там оказался. Думаю… думаю, зов и без того тянул меня к этому месту. Ты чувствительнее и уловил его даже раньше. Это скорее я виноват, что ты оказался втянут.

— Наверное, стоило подождать. Может, к тому моменту полиция нашла бы что-то на Руби и арестовала.

— И что бы изменилось? Если зов висел там и ждал меня, я бы всё равно пошёл. Есть Руби или нет, не так важно. Не она ждёт на том конце зова.

А странный дом, которого не существовало в реальности. Дом, который звал, но стоит открыть его дверь, и по ту сторону не будет ничего, кроме холода и мрака. Будет…

— Смерть, – тихо сказал Айвори.

Отчасти Генри было даже любопытно, почему именно образ особняка на болотах. Скорее всего, так представляла смерть сама Руби, или дом что-то для неё значил. Если вспомнить её детство, многое становилось понятнее. Она жила с деспотичным отцом, занимавшимся чёрной магией, да весь их дом пропитывала смерть! Он сам был для неё смертью и в то же время единственным, что она долгое время знала. Место гибели её матери, последнее пристанище отца, которого она сама убила. Смерть въелась в волосы Руби, в её душу. Смерть представала в образе дома.

Может, поэтому Генри и сам не сразу понял, что зов тянет его к мраку. Для него самого у смерти был аптечный запах, её тьма мерцала огоньками больничной аппаратуры. Или отдавалась на языке горелой резиной, раскалённой дорогой.

Задумчиво Генри уставился на асфальт, мимо как раз проехала одинокая машина. Интересно, а какая смерть для Айвори? Почему-то казалось, у неё будет привкус болот. И наверняка оружейный запах. А для Изабель? Для Мэтта? Даниэля?

Генри так увлёкся своими мыслями, что не сразу понял, что негромко сказал Айвори:

— Иногда мне кажется, может, и лучше сдаться этому зову, да и всё.

Фраза оборвала бурный поток мыслей Генри, ухнула куда-то в желудок. Он открыл рот, чтобы яростно возразить. И закрыл. Придвинул колени и обхватил их. Положил голову, чтобы видеть Айвори:

— Ты сейчас напоминаешь меня, во время отливов. У меня тогда мало энергии.

— И ты ешь призрака?

— Ага. Иначе становится плохо.

— Жаль, я так не могу.

— У каждого свои такие призраки. Наверняка у тебя есть что-то своё.

Ему показалось, Айвори задумался, его губы тронула улыбка. Он качнул головой в такт своим мыслям:

— Тогда мне придётся есть моих призраков всю жизнь.

— Ну я так и делаю. Не так уж плохо.

По губам Айвори снова скользнула улыбка:

— Спасибо, Генри.

Дверь клуба распахнулась, ударившись о стену, и на пороге появился Мэтт. Он прищурился на солнце, как кот, вылезший из своего укрытия. Поморгал, но сориентировался быстро, увидев Айвори и Генри. Зашагал к ним, сунув руки в карманы:

— В няньки я, конечно, не нанимался, но приходится за вами следить. И вы ничего не делаете легче! Куда свалили?