Книга Предвестники Мельтиара, страница 68 – Влада Медведникова

— Что случилось? – спросил Лаэнар. – Почему он ушел?

Я не знал, что ответить.

Мне хотелось задержаться в Роще – меня не ждали к утреннему построению, я мог бы прийти в крепость позже. У ручья было так тихо, ни души, только мы. Отголоски песен сплетались и влекли к себе, звали сесть над водой, смотреть на мерцание солнечных бликов.

И так можно сидеть и смотреть вечно – пока жизнь утекает, проходит мимо. Пока флейта поет, качаясь над сожженным Фортом, и ветер мчится в недостижимой высоте, над облаками.

Я чувствовал сейчас, как и в тот далекий день: я должен уйти из Рощи, чтобы жить настоящей жизнью.

— Мне пора в крепость, – сказал я, и Нима тотчас откликнулась:

— Я провожу!

Ее беспокойство искрилось в воздухе, вспыхивало в движениях и словах.

Зачем учитель позвал меня?

Я думал об этом всю дорогу до площади и не мог найти ответа. Мысли путались, тонули в городском шуме. Повозки грохотали, подпрыгивая на неровной мостовой, голоса и шаги сливались в неразличимый гомон, утренний гонг расходился над городом, словно волна. Брусчатка была холодной, осеннее солнце не согревало ее.

Лаэнар спрашивал о чем-то то меня, то Ниму. Я отвечал, иногда невпопад, и Нима смеялась.

У ворот я остановился, собираясь произнести привычные слова: назваться, поручиться за своих спутников, но гвардейцы расступились, пропустили нас во двор.

— Поторопись, тебя ждут, – бросил один из них мне вслед.

Построение уже завершилось, но двор был черным и серым от офицерской формы. Толпа заслоняла от меня лодку – она стояла на опорах, у дальней стены. Но никто не мог скрыть песню полета – с каждым моим шагом она становилась все громче, звала в небо.

— Эли!

Я обернулся.

Джерри подбежал ко мне, кивком указал наверх, спросил:

— Идешь туда?

Я не успел ответить. Джерри нахмурился, поудобнее перехватил ружье – будто ждал нападения и был готов открыть стрельбу – и сказал:

— А, еще не слышал?.. Мне велели отыскать тебя, беги во дворец, в главный зал. Сейчас там будут послы врагов.

Я понял, что он не шутит.

— Найди Рилэна, – велел я. – Готовьте лодку.

Нима стиснула мою руку.

— Я останусь с тобой. – Ее слова вырвались одним выдохом и затихли.

Нима никогда не училась сражаться, не пела разрушительные песни. Но она смотрела сейчас так встревоженно и упрямо, что я не смог возразить.

— Стань незаметной, – сказал я ей.

Нима улыбнулась и запела – еле слышно. Песня теней потекла, сплелась с ее дыханием. Нима словно растаяла – стала бликом света, неясным отражением, тенью среди теней.

— Что делать мне? – спросил Лаэнар. – У меня нет оружия.

Мне некогда было думать.

Я бегом пересек двор, добрался до лодки. Ее напев вспыхнул, зазвенел под моими ладонями.

— Мы полетим, – пообещал я ей. – Но позже.

Шар лежал на дне лодки, никто не трогал его со дня прилета. В хрустальной глубине не было сейчас ни звука, ни света, словно в простой безделушке, лишенной магии.

Я осторожно поднял шар, протянул Лаэнару и сказал:

— Не выпускай из рук.

В темном полуподвальном переходе, соединяющем внешнюю крепость с дворцом, ждал гвардеец. Он повел нас наверх – по широкой лестнице, застеленной коврами. Я не видел ни придворных, ни вечно снующих слуг, зато на каждом этаже у каждой двери стояла стража.

Мы шли, и гвардеец рассказывал: они появились рано утром, возникли прямо во дворце из ниоткуда, назвались послами магического народа, требовали отвести их к королю. Они безоружны, а во дворце сейчас один из верховных всадников, поэтому король согласился.