Книга Предвестники Мельтиара, страница 40 – Влада Медведникова

— Я разрешил вам выбирать цель, – повторил Мельтиар. – Но я хочу знать, почему вы выбрали эту цель.

Тьма осталась в его глазах, искрящейся чернотой уходила в глубину зрачков, завораживала, не давала отвести взгляд.

Почему мы выбрали эту цель?

Решение, казавшееся вчера таким простым, распалось на сотни действий и слов, потеряло смысл.

Мы отправились за всадником – и отряд бескрылых воинов погиб у стен Форта. Машина, вылетевшая следом за нами, пришла слишком поздно. Но они выполнили задание, а мы не достигли своей цели.

Я взглянула на Лаэнара. Он сидел неподвижно, смотрел вперед. Его новые крылья были сложены, прижимались к спине, сливались с одеждой. И, даже не прикасаясь к нему, я знала – пламя, бушевавшее в нем вчера, не утихло, он жаждет мести еще сильнее, чем прежде.

— Я хотел убить всадника, – сказал Лаэнар. – И все еще хочу.

Мельтиар подался вперед, сжал его запястье. Крылья Лаэнара дрогнули, и так же на миг дрогнул его голос.

— Он остановил нас дважды, – продолжал Лаэнар. – В третий раз подбил нашу машину. Это настоящий враг. Я хотел убить настоящего врага.

— Мы не справились, – сказал Рэгиль, тихо, но твердо. Я не удержалась – взглянула на него и кивнула.

Мы узнали сегодня утром: всадник жив, мой выстрел не уничтожил его. Я не вернулась, чтобы добить его, и знала, что это правильно. Жизнь Лаэнара важнее смерти врага.

Никто не мог объяснить, что сделал всадник, как он разомкнул крылья Лаэнара, как смог лишить их силы. Мы готовились к сражению, но не справились, Рэгиль был прав.

Мельтиар обвел нас взглядом, отпустил Лаэнара, протянул к нам раскрытые ладони.

Наш ритуал, знакомый с детства.

Я коснулась его руки, и следом за мной – Лаэнар, Амира и Рэгиль. Мы сидели молча: переплетенные пальцы, сжатые ладони, не различить – где чья. Мельтиар и его звезды. Чувства текли сквозь тепло рук, отзывались в стуке сердец. Я слышала отчаяние и страстную устремленность Лаэнара, чувствовала, как звенит и зовет душа Амиры, как Рэгиль пытается успокоить свою бурю, – и сквозь все несутся черные искрящиеся потоки, жизнь Мельтиара. Его сила, наполняющая нас каждое мгновение, пылающая ярче всех звезд. Эта сила сейчас была почти спокойной – ни радости, ни гнева, лишь тревога, дальняя и темная.

— Я ни в чем не виню вас, – сказал Мельтиар, глядя на Рэгиля. – Вы выбрали цель и сделали все, как вас учили. Я хотел знать почему, я узнал и теперь могу принять решение.

Он разжал руки и поднялся. Эхо его чувств еще было в воздухе, сквозило в каждом движении. Лед на стенах растаял, превратил их в мерцающие зеркала, и Мельтиар отражался многократно, черными всполохами в черных плитах.

Он ушел и вернулся почти сразу, вновь опустился на пол, поставил перед собой бокалы. Я смотрела, как он открывает высокую дымчатую бутылку, как течет красный напиток.

— Я понимаю ваше решение, – сказал Мельтиар. – Пейте.

Я сделала глоток. Это было вино – саднящее, но сладкое на вкус. Мы пили такое однажды с Амирой.

— Война уже скоро, – проговорил Мельтиар. Его голос был задумчивым и глубоким, и стены качнулись передо мной – может быть, от вина, а может быть, потому что он говорил о будущем. – Но впереди еще осень и зима, у вас есть время. Вы больше не будете вылетать по ночам.

— Какое у нас теперь задание? – спросил Лаэнар. Его стакан уже опустел, а глаза горели. Я чувствовала – мысленно Лаэнар уже в ангаре, готов мчаться в битву.