Книга Неизбежность, страница 246 – Ева Яма

Я не могла не ответить, ведь чувствовала то же самое.

Наши языки сплетались.

Мы срывали друг с друга одежду.

Бешено.

Резко.

Не боясь порвать.

Не боясь навредить друг другу.

Его куртка полетела на пол. Моя рубашка последовала за ней, и его ладони — горячие, жадные — оказались на моей коже. Впервые по-настоящему. Без кружева магии, без клятвы, без крови.

Просто он.

Просто я.

— Боги... — выдохнул он в мою шею, и его зубы царапнули ключицу. — Ты даже не представляешь, как давно я хотел этого.

— Врешь, — выдохнула я, откидывая голову, позволяя ему больше.

— Я никогда не вру, принцесса, — он приподнял меня и я обхватила ногами его торс, прижимаясь так близко, как только было возможно. — Просто ты не готова. Скажи «нет», чтобы я мог остановиться.

— Я готова, — прошептала ему в губы. — Теперь да.

Он замер. Наши глаза встретились. И в его серых — теперь серебряных — было что-то, чего я никогда не видела.

Уязвимость.

— Лира... — его голос дрогнул. — Ты... ты уверена? Это... это твой первый раз.

Я молча кивнула, потому что слова застряли в горле.

Он закрыл глаза на секунду, молясь какому-то внутреннему Богу, чтобы не потерять контроль. Когда он открыл их снова, в них была уверенность.

— Не пожалей о своем решении, — прошептал он, и понёс меня к кровати.

Мы упали на нее, не разрывая поцелуя. Его тело накрыло мое: тяжелое, горячее, живое. Я чувствовала каждый мускул, каждый шрам, каждый удар его сердца: оно билось так быстро, что казалось — вот-вот разорвётся. Руки Ника скользили по моему телу, запоминая каждую выпуклость, каждый шрам, родимое пятно на талии — он задержался на нем, провел пальцем, и я вздрогнула. Ник изучал меня, как будто я была картой, которую он хотел запомнить навсегда.

— Я знал, что оно здесь, — прошептал он.

— Я помню, — выдохнула я.

Поцелуи шли следом за его пальцами: горячие, влажные, жадные. Мое тело откликалось на его прикосновения быстрее мыслей.

— Ник... — дрожа, протянула я.

Он поднял голову. Посмотрел в мои глаза, и в его взгляде было столько нежности, что я замерла, задержав дыхание.

— Посмотри на меня, — приказал он тихо. — Всегда смотри на меня. Если будет слишком больно — скажи, и я остановлюсь. Обещаю.

Я кивнула, вцепившись в его плечи ногтями, притягивая его ближе.

И он медленно вошел в меня.

Крик вырвался сам по себе.

От боли.

От полноты.

От того, что он разрывал меня, входил в ту часть, которая никогда не была чей-то, кроме моей.

— Лира... — его голос сорвался на хрип.

— Не останавливайся, — выдохнула я сквозь зубы. — Пожалуйста, не останавливайся.

Крейн замер на несколько секунд, давая мне время привыкнуть к ощущениям. Наши лбы соприкоснулись.

— Готова? — прошептал он.

Ответом был робкий, короткий кивок головой. И Ник поцеловал меня: глубоко и нежно. Его движения были медленными, размеренными, осторожными и они выталкивали из меня воздух, все мысли, оставляя место только для него.

Мои руки блуждали по его спине и плечам. Пальцы забирались в волосы и сжимались до тянущей боли, от которой Ник вздрагивал, издавая низкие, еле слышные стоны.

Боль внутри была острой, но под ней — что-то, чего я никогда не чувствовала, что заставляло меня выгибаться навстречу, хотеть большего.

Мои глаза смотрели только на него: на челюсть, которая сжималась так сильно, что выступали мышцы на скулах, вздувались вены на шее, напрягались плечи, а руки слегка дрожали под собственным весом, волосы прикрывали серебряного цвета глаза, смотрящие в мои.