Книга Карибы Лайт, страница 29 – Инга Леровая

Кроме жены некому. А ее кто накрутил? Логично предположить, что ее любовник. Который почему-то знал, куда я отправилась. Идеальный кандидат на роль любовника — Ситников. Он, конечно, годами не вышел, хотя о чем это я. Возраст стоит в конце очереди, если очередь за большими деньгами. Мне следовало ускориться.

С крыльями мне повезло. Нашелся энтузиаст. Показал мне красоту моря и побережья, согласился покружить над хижинами. Пятиугольник я определила. Только вот раскопки провести стало затруднительно. Гиви и Ростик заступили уже открыто на пост, к ним теперь Маринка прилагалась. А ко мне Алька, а к ней Серега.

Так все хорошо начиналось, но придется отступить, отложить поиски клада до лучших времен. И с тетей бы поговорить. Почему она испугалась за меня? Если Ситников узнавал у Альки обо мне, он мог и до тети добраться. Тогда пазл сложился. Людмила хотела поквитаться со мной, прикупила себе любовника, имевшего на меня зуб.

Я удачно поехала в глушь. Можно было вообще не мудрить, утопить котеночка без пыли и шума. Тетя тоже хотела добраться до клада, но моя жизнь перевесила. Вопрос оставался к Вадиму. Почему он появился здесь? Отбить кошечку у папаши заманчивая цель для мстительного отрока, но Вадим так мелко играть бы не стал.

Возможно, я думала о нем лучше, чем он заслуживал. Возможно, он как раз и хотел насолить, наперчить, испортить супчик. Готовился же. Знал, как я поступаю с Кротовым. Я ведь сразу засекла, что он смотрел на меня поначалу как на врага. Жалел деньги, которые Кротов тратил на меня? Тогда ему к Людмиле, а не ко мне.

На Вадиме я предсказуемо забуксовала. Даже если он спланировал мое падение с вершины и меня уволят из клубничек, я не буду ему мстить. Кажется, теперь я поняла женщин, продолжающих любить мужчин, бросивших их. Глупо Вадиму выбирать меня и ссориться с отцом. Глупо мне верить, что так может быть.

Доказательства явились как по заказу. Когда я вернулась, отмотав километров десять по окрестностям, дядя Коля уже наколдовал шашлыки, Серега накоптил рыбы, тетя Маруся накрыла стол. Маринка с Ростиком играли в бадминтон. За столом сидели Алька, ее бабушка и Кротов. У калитки торчал Гиви. Ждали только меня.

— Ну, наконец-то, — заорали все хором. — Королева изволила явиться. А если бы мы тут от голода померли? Слюнями все закапали.

— Пришла же.

— Микаэла Робертовна, — Кротов вскочил, отодвинул стул для меня рядом с собой. — Садитесь сюда.

— Все садитесь, — дядя Коля водрузил на стол огромное блюдо с шашлыками. — Серега, Маринка, ребята, давайте скоренько.

— Ну! За дружбу! — я первая подняла стакан. — За здоровье, счастье и любовь. И за тех, кто в море.

Разговор за столом, как обычно, завертелся вокруг моей персоны. Посыпались вопросы, почему телефон выключила, где шлялась весь день, и претензии, что красоту хранили для меня, поскольку тетя Маруся даже помидорку взять не разрешала взять со стола. Стол, надо отметить, был достоин кисти лучшего художника.

— Микаэла Робертовна, — Кротов кинулся накладывать на мою тарелку мясо и овощи. — Ваш отчет выше всяких похвал, решил сам посмотреть.

— Естественно. Я над ним три ночи работала.

На сердце саднило, что Вадима нет. Его выбор стал очевиден, я сто аргументов придумала в защиту Вадима, а сердцу не прикажешь, я тосковала. Впервые в жизни так тосковала. Хотя формально я осталась при должности, деньгах и прочих прелестях жизни. Вернемся на рабочее место и словно ничего не было. Даже страницу незачем переворачивать.