Книга Выбор леди Мэри, страница 63 – Надежда Соколова

Я не могла не улыбнуться в ответ.

— Есть хотите?

— Умираю от голода, — честно признался он.

Эста уже накрыла на стол в малой гостиной. Я помогла ему подняться — он был всё ещё слаб, но держался твёрже. Мы сели за стол, и он ел с такой жадностью, но аккуратно, что я сразу поняла: он из тех, кто привык к порядку. Ломоть хлеба, горячая каша с маслом, кружка молока — он ел медленно, как будто смакуя каждый кусочек.

— Простите, что я так… — он запнулся, — но я не ел со вчерашнего утра.

— Ешьте спокойно. В замке достаточно еды.

Он доел, отодвинул тарелку и вытер губы платком — даже этот жест был дворянским, привычным.

— Госпожа… — он посмотрел на меня внимательнее, как будто впервые разглядел. — Я должен узнать ваше имя. Чтобы знать, кому я обязан жизнью.

— Мэри Кратова.

Он чуть склонил голову, и в этом поклоне я уловила уважение.

— Я слышал о вас. О замке, о защите, о том, как вы возродили это место. — Он помолчал, потом добавил: — Не ожидал, что первая встреча будет такой… снежной.

— Судьба любит иронию, — ответила я, чуть улыбнувшись.

Мы смотрели друг на друга через стол. В его глазах не было жадности, не было притворства — только усталость и лёгкое любопытство. Он казался искренним, настоящим. И я вдруг поняла, что за многие недели это был первый человек, который смотрел на меня, а не на замок за моей спиной.

— Вам нужно отдохнуть, — сказала я. — Я велю приготовить комнату.

— Я не хочу злоупотреблять вашим гостеприимством…

— Вы не злоупотребляете, — перебила я. — Вы гость. И в такую погоду никто не пускает гостей в снег.

Он улыбнулся — тепло, искренне.

— Тогда я принимаю вашу доброту. Благодарю, госпожа Кратова.

Я встала и позвала Эмили, чтобы показала ему комнату. Когда он, чуть прихрамывая, поднимался по лестнице, я смотрела ему вслед и думала о том, что зима приносит не только холод и метели. Иногда она приносит людей, которые меняют всё. Я пока не знала, что изменит этот человек, но я чувствовала, что он не случайно оказался здесь, у ворот, в моём замке.

Следующие три дня пролетели как один долгий, тёплый вечер. Ричард быстро набирался сил: уже на второй день он спускался в холл без посторонней помощи, на третий — помогал Остину колоть дрова, несмотря на мои протесты. Он смеялся, когда я пыталась его остановить, и говорил, что если не двигаться, то можно снова замёрзнуть.

Мы много говорили. Сидели у камина в малой гостиной, пили чай с мёдом, и я слушала его рассказы о столице, о магии, о его путешествиях. Он оказался не только магом, но и картографом — составлял карты северных земель, ездил в экспедиции, дружил с учёными и странниками. Он говорил легко, с юмором, и его голос был ровным и спокойным, как течение реки. Я рассказывала о замке, о слугах, о своих планах — об оранжерее, о библиотеке, о том, как мы провели лето, готовясь к зиме. Он слушал внимательно, задавал вопросы, и я чувствовала, что ему действительно интересно.

— Вы не похожи на других наследниц, госпожа Кратова, — сказал он однажды вечером, глядя на огонь. — Вы не ждёте, что кто-то сделает всё за вас. Вы сами строите жизнь.

— А как иначе? — ответила я. — Если не я, то кто?

— Многие считают, что кто-то другой.

Он посмотрел на меня, и в его взгляде было что-то тёплое, почти нежное. Я отвела глаза, чувствуя, как на щеках появляется румянец, и сделала вид, что отпиваю чай.