Книга Приключение в Зиму, страница 161 – Катарина Ёлохова

Странное ощущение. Не то чтобы совсем неприятное. И в то же время мне хочется поскорее избавиться от её прикосновения.

— А вы? — произносит она так участливо, будто ей и правда есть до меня хоть какое-то дело.

Я опускаю взгляд на её цепкие пальцы.

Она ни в чём не виновата. Я сам «благородно» ринулся ей помогать. Просто сейчас куда отчётливее замечаю, что меня, оказывается, раздражают чужие женские прикосновения.

Все, кроме моей любимой кошки.

— Я постараюсь не умереть до заката, — криво усмехаюсь и осторожно высвобождаю рукав из её захвата. — Но обещать не стану. День сегодня, как видишь, прихотливый.

— Спасибо, — бросает она мне уже в спину.

Я не оборачиваюсь. Лишь машу рукой, мол, не за что, и скрываюсь за поворотом.

Уже спустя несколько минут я снова оказываюсь у дверей в зал Совета.

Здесь, в отличие от других коридоров, намного спокойнее. Но причина вовсе не в том, что советники оказываются более собранными и сдержанными. А в том, что все они давно разбежались кто куда.

Я лишь мельком замечаю, как подол чьего-то платья исчезает в узком проёме тайного прохода в стене. И, прикинув, что это вполне может быть Лиада, устремляюсь следом.

Вот только в этом затхлом местечке, похожем на вытянутую каменную глотку, оказывается вовсе не моя принцесса. А та, кого я предпочёл бы не видеть до конца своих дней.

Селена.

Разумеется.

Как будто этот день и без того недостаточно паршивый.

Я почти успел забыть, что она стала одной из советниц. Точнее, не забыть — просто вычеркнуть этот малозначительный факт из своей головы.

Когда она покинула наш дом, удачно повенчавшись с наместником Хрустальной Рощи[1] , мне было всего, кажется, пять месяцев. С тех пор она предпочитала делать вид, что не имеет ни малейшего отношения к нашей семье.

Конечно, куда ей, знатной даме, до нас, ничтожных смердов. Мы попросту не вписывались в её новую, сытую и роскошную жизнь.

Она стоит ко мне вполоборота: собранная, во впечатляюще дорогом наряде и яркая, как живое пламя. Последнее, пожалуй, единственное, что делает нас похожими.

Я разворачиваюсь, порываясь уйти. Ладно, малодушно сбежать. Просто не имею ни малейшего желания с ней сталкиваться. Но Селена вдруг удивлённо произносит:

— Кай?

Я невольно вздрагиваю и застываю на месте.

— Вообще-то меня зовут Скайлор, — цежу я злее, чем планировал.

— Кай… — игнорирует она мой тон и поправку, а затем в несколько шагов оказывается прямо передо мной. — Мой милый Кай… — произносит с такой тоскливой интонацией, будто это я однажды исчез из её жизни, а не она из моей. — Это ты…

Она бегло осматривает меня с головы до ног.

— Ты так вырос.

— У детей есть такая дурная привычка, — криво усмехаюсь я, чувствуя, как ядовитая горечь растекается на языке. — Особенно, когда взрослые заняты своей счастливой жизнью.

Селена старается не реагировать на мою язвительность. Лишь грустно улыбается.

— Я понимаю твоё недовольство, — сглатывает она и пытается положить руку мне на грудь. Но я резко отстраняюсь. Слишком резко.

Её ладонь замирает в воздухе. В глазах отражается растерянность и досада.

— Кай… Ты имеешь право злиться. Но выслушай меня.

Я округляю глаза. Смотрю на неё, не веря собственным ушам.

— То есть, — я издаю короткий злой смешок, и он эхом разбивается о каменные стены, — ты оставила нас… Меня! — вырывается у меня, прежде чем я успеваю подумать. — Не прислала ни весточки. Ни слова. Ни единого проклятого письма. А теперь просишь выслушать тебя⁈