Книга Развод с Альфой. Теперь твой соперник зовет меня своей, страница 49 – Майкл Скофилд

— Из-за формы?

— У меня там старые рабочие копии.

Он кивнул.

— Возьмешь кого-нибудь?

— Зачем?

— Сейчас твое имя уже связано с проверкой отчета, который бьет по моей кампании.

— И?

— Если ошибка случайная, ничего. Если нет, человек, который ее сделал, может узнать, что ты заметила.

Я посмотрела.

— Это попытка сказать мне не ехать одной?

— Это попытка спросить, планируешь ли ты ехать одна.

Разница.

Небольшая.

Но важная.

— Со мной кучер.

— Он умеет драться?

— Думаю, умеет ругаться.

Рейд не улыбнулся.

— Нора.

Я задумалась.

Не хотела принимать охрану только потому, что Альфа посчитал риск.

Но и отвергать разумное предложение из принципа было бы глупо.

— Один человек общей стражи. Не твоей личной.

— Согласен.

— И только до усадьбы.

— Да.

— Не ставь людей у дома.

— Не собирался.

Я кивнула.

— Тогда ладно.

Рейд чуть приподнял бровь.

— Ты сейчас согласилась с моей оценкой риска.

— Запиши дату.

— Уже.

Он неожиданно улыбнулся.

И я впервые заметила, что улыбка полностью меняет его лицо.

Не делает мягким.

Просто убирает постоянную собранность.

Это длилось секунду.

Потом Рейд снова стал серьезным.

— Сегодня ты спасла мне не выборы.

Я нахмурилась.

— А что?

— Решение комиссии. Если бы они приняли постоянное усиление центральной стражи на основании ложного места нападения, вернуть полномочия потом было бы сложно.

— Я всего лишь увидела время.

— Именно.

— И оно пока ничего не доказывает о причине.

— Знаю.

Я посмотрела внимательнее.

— Тогда не начинай строить политическую победу.

— Не начинаю.

— Хорошо.

Он усмехнулся.

— Ты часто используешь это слово.

— Мне уже говорили.

Не объяснила кто.

И не хотела думать о том, насколько легко некоторые привычки одного разговора переходят в другой.

Я пошла к дому делегаций.

На середине двора услышала:

— Нора.

Обернулась.

Рейд держал в руке копию сводного доклада.

— Если завтра окажется, что форма действительно твоя, не делай вывод раньше, чем увидим, кто имел к ней доступ.

— Я собиралась сказать тебе то же.

— Значит, хотя бы по одному вопросу мы не будем спорить.

— Не обещаю.

Он кивнул.

— Это уже больше похоже на правду.

Я ушла.

В комнате долго не ложилась.

Разложила на столе три документа.

Первоначальное донесение.

Сводку.

Форму с неправильным временем и местом.

Четыре человека ранены на настоящей дороге.

Настоящие мешки разрезаны.

Настоящие лошади украдены.

Нападение не было выдумкой.

Ложным выглядело другое:

то, куда его перенесли на бумаге.

И когда.

Кто-то либо очень плохо заполнил две важнейшие строки.

Либо очень хорошо понимал, какими они должны быть, чтобы Черный Яр выглядел виноватым.

Завтра я собиралась узнать хотя бы одну вещь:

почему использованная форма казалась мне настолько знакомой.

Глава 7. Не твоя война

Старые рабочие формы хранились в сундуке, который Брина уже дважды предлагала убрать на чердак.

Я отказывалась не из сентиментальности. Просто там лежали вещи, которые однажды могли понадобиться: копии старых нормативов, схемы зимних маршрутов, образцы накладных, памятки для складских управляющих, несколько черновых таблиц времен моего первого года Луной.

Три дня назад я не смогла бы объяснить, зачем женщине, которая больше не исполняет эту должность, нужны бумаги шестилетней давности.

Сегодня объяснение появилось.