Книга Жена криминала, страница 90 – Маша Драч

— Симона, — я крепче хватаюсь за плечи Вити и во все глаза смотрю на него. — Это она нам помогла со Снежкой убежать.

— Та белобрысая малышка с острым языком?

— Она очень рисковала, Вить. Думаю, мне не нужно объяснять, чем это для неё чревато.

— Ну а от меня ты чего хочешь?

— Если твой план сработает и Кудашевского повалят, Симона тоже может оказаться под ударом. Сейчас я ей ничем не могу помочь и даже боюсь подумать, что Савелий с ней сделал, когда обо всём узнал. Но мы можем что-то сделать, чтобы ей не навредили потом? Я не знаю, что именно, но она совсем одна, Вить. Беззащитная.

— Поль, я не Мать Тереза. Хотя…

Зима хмурится, будто что-то вспоминает, затем достаёт из кармана джинсов смартфон.

— Есть у меня одна идея. Не завидую я, конечно, тому, кому удастся попасть на работу к Кудашевскому. Но за Симоной точно присмотрят.

— Кто? О чём это ты?

— Одному моему хорошему знакомому позарез нужна работа. Если получится, пристроят его в охрану к Кудашевскому. Тем более, когда у Саввы начнутся проблемы, охрану он в любом случае захочет усилить. Он хоть и отбитый ублюдок, но за свою жопу точно начнёт переживать.

— Хорошо. То есть… если получится хоть так защитить Симону, это будет замечательно.

— Ничего не гарантирую, но попытаюсь.

Не сдерживаюсь и ещё раз крепко обнимаю Витю, едва не выбивая у него смартфон из рук, а затем ещё и целую.

Снежка снова ворочается в кровати и на этот раз уже с явным намерением проснуться.

Я нехотя выскальзываю из объятий Зимы и иду к дочери, чтобы она не испугалась, не обнаружив меня рядом.

Через некоторое время к нам в комнату заглядывает Яра, приглашая на завтрак.

Дочка очень проголодалась и первой рвётся вперёд, но останавливается, когда по голосу узнаёт Витю.

— Колючка Зима? — Снежка поворачивает голову в его сторону.

Мы переглядываемся, и я взглядом подсказываю ему подойти.

— Ага, Снег. Колючка Зима здесь.

Он неторопливо подходит к дочери и присаживается на корточки. Малышка почти сразу цепко ловит его за руку и рассеянно улыбается. Затем берёт за нос, отпускает и «пикает» в него, как на кнопку.

Я не спешу одёргивать Снежку. Помню, что Витю её детские штучки не напрягают. Да и не хочу мешать им выстраивать пусть пока хрупкую, но связь.

— Хочешь кушать? — спрашивает дочка у Вити.

— Да. Голодный как волк.

— Во-о-лк? Большой волк?

— Огромный! Гигантский! Серый волк!

Снежка смеётся. Мои губы по инерции тоже растягиваются в улыбке. Сейчас я чувствую себя спокойнее, потому что знаю — здесь моей малышке точно ничего не угрожает.

— Мама, а ты кушать хочешь? — обращается ко мне Зима.

Я чуть вздрагиваю. Всё это пока слишком непривычно. Нужно время, чтобы осознать: в нашей с дочерью жизни теперь всегда будет ещё один человек.

— Хочу, — отвечаю и подхожу к своим двум самым дорогим людям.

— Ну тогда вперёд.

Когда мы втроём заходим в столовую, нас ждёт по-настоящему королевский завтрак. Всё так аппетитно пахнет и выглядит, что желудок сразу сводит от голода.

Яра суетится у стола, раскладывая приборы, пока Стас у окна, залитого ярким солнечным светом, что-то шепчет сыну.

Я вспоминаю время, когда Снежка была такой же крошечной и легко помещалась у меня на руках. Сразу накатывает чувство вины и тоски. Дочь ни разу не провела свой первый год жизни в объятиях отца.