Книга Сердце пустоты, страница 126 – Алиса Джукич

Мне показалось, что на несколько секунд Адриан отключился от реальности, провалившись в персональный ад, а я хотела рассмеяться от радости и поаплодировать смекалке Дюбуа, но на всякий случай сдерживалась. Зато Лука медленно двинулся к нам, точно предчувствуя беду.

— Ты проиграл, Адриан. Пусть и ценой выставления на показ моих слабостей, но теперь весь Париж знает твою гнилую сущность. Тебя ждет не управление компанией Дюбуа, а прозябание в тюрьме за все, что ты здесь устроил. Уверен, найдется еще пару уголовных статей, которые тебе впаяют. — Эрик вновь закашлялся. Из его рта потекла кровь, пачкая алыми струями воротник рубашки, поэтому дальше он говорил сдавленно, слабо: — К слову, сейчас сюда едет полиция, а мои люди следят за периметром особняка с начала праздника, чтобы никто повинный в сегодняшнем дне не ускользнул от правосудия. Буду приносить тебе кофе по выходным, так что будь паинькой и отпусти Альму.

Спиной я ощутила, как с цепи сорвалось безумие Флорана. Мужское тело грузно вдавилось в каждую жилку, а его пальцы на ягодице грозились разорвать юбку вместе с кожей.

— Ты пожалеешь… — только и сказал «питон».

Вторая рука Флорана, которой он не зажимал мне рот рванулась к подолу платья, грубо задрав его. Страх пронзил иглами позвоночник, и я потерлась в абстракции. Через призму шума в ушах, я расслышала выкрик Эрика, когда Флоран провел пальцами по моей обнаженной коже, стремясь избавить от белья.

Я принялась извиваться в сильных руках, игнорируя боль в ребрах. Пыталась цапнуть «питона» за ладонь, лягнуть его в колено, да все что угодно, лишь бы не стать жертвой насилия, но Флоран слишком сильно вдавливал меня в стену, обездвиживая ноги и руки. Нажав на поясницу до боли, он заставил меня прогнуться, и сознание поглотил звук расстегивающейся ширинки. Приглушенно закричав в ладонь, я зажмурилась, дожидаясь неизбежного.

Мне никто не поможет. Эрик пристегнут к трубе и слаб, а Лука…

Полностью отделившейся меня от реальности раздался еще один устрашающий звук: металлический, четкий.

Щелчок взведенного курка.

Жалкое мгновение трепета ресниц, и воздух в комнате пронзил выстрел и мужской крик. Мне на щеку брызнуло что-то горячее, и я почувствовала, как тело, пригвождавшее меня к стене, вдруг обмякло и рухнуло в сторону, оттаскивая за собой часть моей юбки с тихим, мерзким звуком рвущейся ткани.

Я боялась распахнуть глаза, дрожа и всхлипывая, пока меня тихо не позвал Эрик.

— Аля, с тобой все хорошо, тебя не ранило?

Мысли казались измятыми страницами книг — смысл в написанном есть, а вот текст прочитать сложно. Спустя несколько судорожных подвываний, я все-таки осмелилась взглянуть на произошедшее.

Я не упала, просто сползла по стене, колени сами подкосились. Взор, затуманенный слезами и шоком, застыл на фигуре Луки. Он стоял, заслонив собой свет из малюсенького окна и вытянутой рукой держал отданный Адрианом пистолет. Его дуло дымилось, а возле меня на полу бездыханно, лицом в грязный камень лежал Адриан. В белоснежных волосах «питона», как рябина на снегу, зияла рана от пули, а на полу, прямо под его головой, лужей растекалась кровь.

Спектакль окончен. Декорации рухнули. Актеры могут быть свободны.

Точно марионетка, не отдающая отчет действиям, я механически повернулась к Эрику. Он был бледный как полотно и тянулся ко мне.