Книга Сердце пустоты, страница 120 – Алиса Джукич

Ну, конечно, история несуществующего брата Луки была отражением его собственной никчемной жизни слабака, из-за потери матери подсевшего на алкоголь. Поэтому он так безоговорочно служил Флорану, тот буквально вырвал его с того света.

Пока я корчилась на полу, держась за живот и харкая кровью, Адриан снова ударил меня ногой под ребра. Послышался хруст, и меня замутило от слишком яркой мучительной вспышки в костях.

Неподалеку Лука гневно засипел, но так и не вмешался.

— Это тебе за испорченные планы, тварь. — Флоран присел на корточки, чтобы лучше разглядеть, как боль проступает на моем лице. — Впереди тебя ждет еще много увлекательных этюдов, но самый интересный я приберег на потом.

Это было последнее, что я услышала, прежде чем Адриан снова вытащил из кармана белый платок и грубо прижал его к моему окровавленному носу.

* * *

— Альма! Проснись! — Чей-то тревожный голос пробивался сквозь вату, заложившую уши. Кто-то тряс меня за плечо, и каждое движение отзывалось новым приступом тошноты и жжения в ребрах. Голова была неподъемно тяжелой и гудела, а веки свинцовыми, поэтому слова я различала через призму шума крови в висках. — Не знаю, что тебе уготовил Адриан, но я вовсе не хочу, чтобы ты страдала. И что бы ты там обо мне не надумала, Аля, ты действительно мне дорога.

Лука!

Экс-бойфренд неожиданно сжал мою руку, вложив в нее что-то маленькое и прохладное. Тряхнув головой, я попыталась вернуться в сознание, чтобы понять, где нахожусь.

С трудом разлепив глаза увидела пред собой сосредоточенное лицо Луки, сидевшего предо мной на корточках. Вся остальная реальность пока размывалась, единственное, что я ощущала — лед сырого пола под саднящим телом. Однако сейчас на меня смотрел не бессердечный охранник Флорана, а милый парень с ямочкой у рта, с которым мы пили кофе на кухне по утрам и развозили букеты.

— Большим помочь ничем не могу. Сделай одолжение, выберись от сюда живой. — Лука тяжело вздохнул, будто наконец понял, что бой давно проигран. — И не позволь Дюбуа все потерять. Я его презираю, но все же Адриан уже переходит все границы дозволенного. — После этих слов парень встал, превратившись в размытое по краям серое пятно, и исчез из моего поля зрения.

Я попыталась сглотнуть вязкую слюну, чтобы поблагодарить его, хотя еще не до конца понимала, за что именно, но пересохшее горло не позволило вымолвить не слова.

Боже, как же хотелось пить!

Послышался хлопок закрывающейся двери. Под щекой ощущалось что-то твердое и шершавое, а тело мнилось ватным, не своим. Но единственное, за что цеплялся мозг — за «подарок», отданный Лукой. Подсознание совсем недвусмысленно подсказывало — эта вещь поможет спасти себя и Дюбуа.

Эрик!

Ко мне мучительным накатом вернулись воспоминания: рыжеволосый амбал, волочащий его обездвиженное тело из уборной в коридор. Совсем как в детстве, когда я, притаившись, наблюдала из щели в шкафу за зверством моего отца в сторону девятилетнего мальчишки.

Вспыхнувшая в памяти острая боль за давние пытки Эрика затмила физическую, пробиваясь сквозь помутнение и звон в ушах. Она стала якорем, зацепившимся за реальность и помогающим бороться с накрывающим оцепенением от транквилизатора.

Тьма отступала медленно и неохотно, как густая, липкая смола. Первым вернулось обоняние: запах сырого камня, затхлой земли и старой ржавчины. Потом слух: где-то капала вода.