Книга Колонна приговоренных, страница 14 – Александр Тамоников

— Разрешите вопрос, товарищ гвардии полковник?

— Что-то непонятно?

— Нет, по заданию все ясно. Я хотел спросить про Шуру. Не знаете, как она добралась?

— А тебе Коля или дядя Митя разве ничего не рассказали? — улыбнулся Слюсаренко.

— Нет.

— Она ведь Кольке уже из Львова письмо прислала. Нормально у нее все. Ждет отправку до Курска, а там и дальше.

Глеб кивком поблагодарил и вышел.

— И нечего ко мне ревновать, — широко шагая, проворчал он себе под нос. — Тоже мне Отелло нашелся. Видно же, что она тебя, Колька, любит, а я для нее просто друг…

— Глеб! — догнал его откуда-то взявшийся Зубов. — Что, и вправду нам в разведку приказали? — заглянул он в лицо Шубину с надеждой на положительный ответ.

— Наши пулеметчики самолет немецкий сбили. Разведку над нашими позициями проводил, — ответил Глеб, прямо не отвечая на вопрос Анатолия.

— Молодцы ребята! — похвалил Зубов. — А нам — что?

— А нам приказано до самолета добраться и посмотреть, что к чему. Есть там кто живой, и если какие-то документы были, то принести.

— Ага. Хорошо. А если кто живой, то, значит, в плен взять. Так?

— Ну, вроде того, — кивнул Шубин.

— И кто пойдет? Ты уже решил? — Зубов снова забежал вперед, чтобы посмотреть в лицо Глебу.

Тот остановился и спросил:

— Слушай, что ты прицепился! Что хочешь от меня узнать? Я пока еще ничего не решил, — вздохнул Шубин, и ему сделалось неловко, что он так грубо ответил другу. — Вот сейчас на место придем и все обсудим.

— Ладно, — кивнул Зубов и оставшийся путь шел не рядом с Шубиным, а чуть позади.

«Обиделся, — снова мысленно вздохнул Глеб. — А вот нечего было тебе на товарища взъедаться, — сказал он самому себе. — Тот к тебе всей душой, а ты рявкаешь на него, как полкан какой-то. Извинись».

Шубин так резко остановился, что идущий за ним практически след в след Анатолий чуть не уткнулся носом в его полушубок.

— Слушай, Толик, — повернулся к нему Глеб. — Ты уж извини меня за резкий тон. Я не хотел тебя обидеть, — протянул он руку Зубову.

Тот посмотрел на протянутую ладонь, вздохнул, отгоняя обиду, и, улыбнувшись, тоже протянул руку.

— Да чего уж там, — сказал он и тут же спросил: — Так что, возьмешь меня с собой? Я, правда, на снегоступах ни разу не пробовал…

— Нет, Толик, извини, — перебил его Шубин и покачал головой. — Передвигаться придется очень быстро, а если ты ни разу не вставал на снегоступы, то взять я тебя с собой не возьму. Давай как-нибудь в следующий раз. Вот потренируешься, тогда видно будет.

Он снова быстро зашагал по направлению к их общей с Толиком землянке, возле которой его с нетерпением ждали разведчики. Зубов пошел следом, ворча что-то невразумительное себе под нос.

— Ты что, снова обиделся? — не останавливаясь, спросил у него Глеб.

— Нет, не обиделся, — спокойно ответил тот. — Это я шаги считаю.

— Зачем? — не понял Шубин.

— Это у меня способ такой, чтобы успокоиться, — усмехнулся Зубов. — Я ведь умом-то понимаю, что ты в этой ситуации прав, а внутри меня сидит кто-то и возмущается. Вот я и придумал: если буду отвлекаться и шаги считать, то тому, кто внутри меня, надоест зудить, и он успокоится.

— Понятно. Тогда, конечно, считай, если тебе так легче, — улыбнулся Глеб, но так, чтобы Зубов не увидел его улыбки.

К землянке подошли, когда совсем стемнело. И если бы не полная луна и белый снег, было бы совсем темно. Перед Глебом открылась забавная картина: пятеро разведчиков в снегоступах бегали вокруг землянки, высоко поднимая ноги и размахивая руками.