Книга Дети волков, страница 136 – Вера Бук

Если папа очень хорошо о тебе заботится, то ты сможешь прожить и без мамы.

— Эй, мышонок, есть кто-нибудь дома? – Женщина наклонила голову, чтобы посмотреть мне в лицо, но мне не хотелось на нее смотреть. Я злилась на Иессея за то, что он просто ушел, и на доктора Греко за то, что вместо него пришла эта женщина.

— Знаешь, ничего страшного, если ты не хочешь рисовать. Но тогда я упакую цветные карандаши в коробочку, хорошо?

Я вздохнула и положила локти на бумагу. Поскольку она не сдавалась, я начала рисовать. Женщина наклонилась вперед, прижимаясь грудью к планшету, на котором она ранее сделала пометку о сломанном карандаше.

— Что это? – Женщина склонила голову в другую сторону. Мне снова захотелось так сильно нажать на карандаш, чтобы кончик отломался, но я сдержалась, потому что зеленый цвет еще нужен был мне для вьющихся водорослей.

Я надеялась, что папа скоро придет и спасет меня, прямо как колюшка.

Некоторое время я успешно продвигалась вперед, следуя указаниям мальчика. Но в какой-то момент тропинка начала теряться между камнями и обломками, а подлесок, сквозь который я постоянно продиралась, выглядел настолько плотным, что я начала сомневаться в том, что хоть кто-то недавно здесь проходил. Я взглянула на часы и подумала, не стоит ли повернуть назад? Может быть, я смогу вернуться к тому месту, где потеряла тропу? Но описание было довольно четким, отсюда нужно было идти только прямо, поэтому я решила пробраться к верхней границе леса в надежде лучше рассмотреть местность. Однако дальше меня встретили лишь осыпи и крутой подъем. Я освободила руки, чтобы мне было удобнее карабкаться по камням, вышла к ущелью между валунами и не увидела никакой тропы. Я помнила, что мальчик сказал что-то про осыпное поле, поэтому держалась края ущелья, как он и нарисовал. Ущелье было глубоким, и справа от меня начинался крутой обрыв, но высота меня никогда не пугала. Я часто занималась альпинизмом вместе с отцом.

Запищал мобильный телефон, и я с изумлением вытащила его из кармана брюк. Весь путь через лес был мертвой зоной, но стоило подняться повыше, и телефон уловил сеть. Мне звонил Греко.

— Алло?

— Пожалуйста, скажи мне, что ты не идешь к Лестнице Иакова! После всего, что мы вчера обсудили о горе и о том, что случилось с Мадрайтером!

Связь была нестабильная, отчего я не совсем понимала, что он говорил, но слышала, что он был расстроен.

— Кто тебе это сказал? – недоуменно спросила я.

— Никто. Я сам понял, когда пять раз не смог до тебя дозвониться!

— Да, здесь у меня почти не ловит сеть, – подтвердила я, и вдруг мне пришло в голову, что, возможно, расположенная неподалеку антенна сгорела не случайно. В конце концов, ее могла спалить не разозленная толпа, а тот, кому выгодно было оставаться в прошлом – единственном месте, где власти не могли найти вас, пользуясь современными методами. В наши дни, если у человека нет доступа в интернет, аккаунта в социальных сетях или хотя бы одной актуальной фотографии, он становится практически невидимым. Эта гора и поселение бывших арестантов – настоящий подарок для твоего похитителя, Джули.

— Ты мне звонил? Зачем?

— Я хотел убедиться, что ты не пошла в поход!

Его беспокойство обо мне немного умиляло, но, с другой стороны, волнение было совершенно излишне.