Книга Эхо Мертвого озера, страница 12 – Рэйчел Кейн, Керри Райан

Сэм все понимает без слов и протягивает мне руку.

— Пошли. Буррито сами себя не приготовят.

— Буррито? Смело.

— Да, у меня есть размах.

* * *

Когда Коннор возвращается, мои опасения подтверждаются. Он молчалив и угрюм. Напряженные плечи и спина придают сыну жесткий и неприступный вид. Сразу понятно, что это означает: «Оставьте меня в покое». Коннор ждет упреков за то, что не ответил на мое сообщение, и явно готов к стычке.

Иногда я думаю, не связано ли все более неприятное поведение Коннора с влиянием Кевина. После общения с этим мальчиком сын всегда угрюмее обычного, но с тем же успехом можно списать это на подростковые гормоны. Быть пятнадцатилетним нелегко, особенно учитывая, через что нашей семье пришлось пройти за последние несколько лет.

Я позволяю Сэму взять инициативу на себя.

— Привет. Как поиграли?

— Нормально, – коротко отвечает Коннор, не поднимая головы. Он развалился на диване в такой позе, которую способны принять только подростки, не повредив позвоночник. И уже достал телефон и листает, что-то читая. Хочется поинтересоваться, что именно, но я знаю: он решит, что я надоедаю. Прикусываю язык и продолжаю обжаривать говяжий фарш с луком.

Сэм подходит и садится рядом с сыном.

— Я слышал, вы с Ланни сегодня поссорились. Не хочешь поговорить об этом?

Коннор уже готов ответить «да», я это чувствую. Но подавляет порыв и говорит «нет».

Краткие односложные ответы. Вечер обещает быть долгим.

Из коридора, зевая, появляется Ланни:

— Пахнет вкусно, мам.

— Спасибо. Раз уж ты здесь, нарежь помидоры, – я киваю в сторону разделочной доски, где уже лежат приготовленные овощи. Ланни раздраженно фыркает.

— Я же вчера резала. Разве сегодня не очередь Коннора?

— Врунья, – тут же взвивается он. – Это я вчера резал; просто ты такая пустоголовая, что забыла.

— Пустоголовая? – Ланни со звоном швыряет нож на стол. К счастью, не острием. – Врунья?

Я замечаю, что «пустоголовая» оскорбляет ее сильнее, но не вмешиваюсь. Коннор резко поднимает голову. Его глаза… на долю секунды я замираю: глаза сына никогда не были так похожи на глаза его отца.

В них ярость, и это пугает.

Потом Коннор моргает, ярость исчезает, и он снова становится моим сыном. Моим и Сэма, а не Мэлвина Ройяла. Решаю не зацикливаться на этом: наверное, просто померещилось.

— Прекрати ныть по любому поводу, – советует Коннор сестре. – Ничего, не переломаешь свои пальчики, если нарежешь овощи.

— Мам, разве мы не должны распределять домашние обязанности? – Ланни просто не может не втянуть меня в свои разборки. – Коннор и мусор вчера не вынес. Я вынесла. Он становится такой ленивой задницей…

Я поднимаю руку:

— Домашние обязанности распределяются поровну. Между прочим, Сэму пришлось резать лук, потому что тебя не оказалось поблизости. Так что ты там говорила?..

Ланни молча продолжает резать помидоры, бормоча «он превращается в избалованного принца, а ты этого даже не замечаешь».

Ее слова тревожат меня. Может, дочь права? Неужели Коннор становится высокомерным избалованным парнем, чего я всегда боялась?

— Слушайте, давай просто закончим с ужином. – Сэм, как всегда, выбирает правильный тон – спокойный, справедливый, разумный. – Я знаю, все проголодались. Все станет гораздо лучше на сытый желудок.

Коннор презрительно фыркает, по-прежнему уткнувшись в телефон.